Ленару почему-то стало дурно, он даже не хотел представить что за блюдо получиться из обладателя трогательных глазок и вообще кому они принадлежали.
– Нхаское блюдо...крайне сложное в приготовлении, – любезно просветил юнца повар, хотя Ленар ничего не спрашивал.
– Оу…вам наверное тяжело одному…столько работы…
– Гм...о да! Иногда хочется разорваться! – и на этих словах он зычно расхохотался и «расслоился» на мрачных «людей», которые тотчас принялись к работе: кто резал, кто стругал, что отбивал, кто мыл овощи, а один принес поднос к Ленару с ужином для пленницы, Кузнец даже от неожиданности вздрогнул.
– Спасибо, я бы и сам взял, вы бы только показали где…– ответил Ленар, рассеяно моргнув.
– Гм…ничего, хорошему человеку стоит немного подсобить, – ответил повар.
– Только…я не знаю где пленницу содержат, – смущенно признался Ленар.
– Гм, а ты говоришь грымза хорошая! Ничего же новичку не объяснила! Только орать и пшикать своей дрянотой горазда! У, дочь болотника! – бурчал повар, – Конечно объясню, ведь я не она!
– Спасибо огромное!
Тем временем управительница привела охотников, которых она приняла за прислугу в кабинет Данте и приказала собрать новый шкаф для книг, ведь старые уже не могли вмещать в себе количество знаний в облике бумаги. Управительница хотела пронаблюдать зорким оком как горе работники справятся, ведь искреннее считала, что все безрукие и ленивые и только она лучший работник этого замка, но управительницу вызвали по другому не менее важному делу, так что ей пришлось оставить Кима и Митяя одних.
– Ну и грымза! От одного её взгляда в дрожь бросает, бр-р-р, – посетовал Митяй, когда услышал удаляющиеся шаги управляющей, он вздрогнул и опасливо косился туда, куда ушла строгая женщина.
– Да, всякую дрянь мы разили, но на эту нечисть серебра и святой воды не напасешься!– с пониманием подтвердил Ким, но тотчас удостоверившись, что они одни, стал осматривать кабинет, на предмет интересных находок или реликвий и одна не заставила себя долго ждать.
Ким увидел огромную книгу с пожелавшими станицами, что-то в его душе зашевелилось, он ткнул друга под локоть и сказал:
– Глянь! Что это там?
Митяй прищурившись посмотрел на стол, где располагать книга. Охотники удивлённо переглянулись и приблизились к столу. Они не поверили своим глазам, Митяй даже протер свои зенки мало ли мерещиться такое. Но нет, на столе лежал Технокромикон, Ким аккуратно, взяв двумя пальцами обложку, так словно она могла укусить и взглянул на неё, понял, пропажа нашлась!
Митяй присвинул от неожиданности, почесав затылок.
– Вот это да! И что делать будем? Если заберем всю книгу, то граф что-то заподозрит, но если ее предъявить то это неоспоримое доказательство вины графа в нападении на обитель Ордена и возможно разруху города и быть может, дракон также был послан этим нечестивцем, единственное, где он держит настолько огромного ящера? – рассуждал вслух Митяй.
– И то верно! Но нам нужны доказательства! – согласился Ким, задумчиво потирая подбородок и неотрывно глядя на книгу, ему даже показалось что от древнего талмуда веет мистическим светом, но возможно это была всего лишь игра света и тени.
– О! А если вырвать из книги листочек, где-то далеко после середины, не доходя до конца? Сразу это не станет заметным, ибо книга толстенная, а уж орденоносцы должны помнить стиль письма этой книженции. Вот и доказательство! – осенило Митяя, его взгляд загорелся.
– Хм, думаю, это самая приемлемая идея! Давай! И пора сваливать отсюда! Только надо найти нашего дураху некроманта, – согласился Ким. И охотники стали обсуждать какую именно страницу утянуть, им почему-то приглянулась станица, где изображался рисунок странного существа похожего на диковинный механизм, крайне похожего на человека.
Глава 31
Ленар следуя описанию повара смог кое как найти место, где содержали пленницу. Кузнец ощущал тайную надежду, что заставляла душу трепетать. Двери в комнату охраняли два увальня, они же после недолгих расспросов о том с какой целью пришел слуга, открыли дверь. Кузнец на ватных ногах вошел. В глаза ударил яркий свет, ведь в коридоре царил мистический полумрак. Когда глаза Ленара привыкли, он увидел, как у окна на подоконнике сидела Индира и сердце парня, казалось, висевшее на нитке оборвалось, и ухнуло в стылую пропасть. Он был рад и напуган одновременно: рад, потому что нашел свое сокровище, а напуган, потому что боялся, что не выведет ее из этого гнезда зла. Двери за Кузнецом с грохотом закрылись, что привело его в чувства.