А вот Кай дышал спокойно, не потел и не уставал, он лишь ухмыльнулся, взирая неестественно сияющими красными глазами на противника. Спокойствие и этот не характерный взгляд ни для нечисти, ни ля живых и странный метал под кожей пугали Ленара, он понял что перед ним не вампир или иная нечисть, а нечто иное. А все непонятное и новое пугало.
Так Ленар погруженный в эмоции, размышления и сморенный усталостью прозевал, когда ему сделали подсечку и локтем ударили по грудной клетке, выбивая дух из легких. Кузнец отчаянно пытался сделать вдох, а не мог. Второй удар противника он отразил инстинктивно, но с явным опозданием, тогда-то прилетел еще удар в лицо, который Ленар не успел отразить. Перед глазами Кузнеца заплясали алые точки, а в ушах звенело, он ощутил дурноту, рухнул на одно колено, рука сжимавшая молот дрожала, а губу жгло адской болью, хлынула кровь.
Ленар понял, что пора менять тактику, если он хочет хотя бы продержаться в бою, о победе пока не мог думать, он ощутил жар от камина – в его голову закралась интересная мысль.
Кай оказался подле Ленара, а тот молотом вычерпнул из камина горячие угольки, горевшие дрова и все это добро прилетело в лицо противника. Кай начал дымиться, особенно его одежда, но на работоспособность это не повлияло. Он с ухмылкой о трусил одежду от сажи и атаковал. Взмах молотом и звон об предплечье Кая, резкий взмах руки и противник получил ранение живота в ответ. Кузнец тяжело выдохнул от боли, отпрянул, хлынула кровь, он схватился за рану.
– Сдавайся, и так было ясно что ты проиграешь, ведь органический против меня не выстоит. Хотя надо отдать должное ты долго продержался! – проговорил Кай, глядя на потрепанного противника.
– Хэх, только после тебя! – прошипел мстительно Ленар, взглянув исподлобья на противника и нажал что-то на странном браслете.
Кай запоздало заметил что-то блестящее на груди, это нечто походило на механического паука с темным «глазком» по середине, глаз загорелся, раздалось тихое потрескивание и Кая ударило огромным зарядом тока. Его тело неестественно выгнулось и задёргалось, а красные огоньки в глазах то гасли, то загорались. Ленар сплюнул кровь и рухнул на спину, торжественно заливая ковер кровью.
Кай пошатнулся и едва не рухнул, в последний момент устояв, на полусогнутых ногах, одна рука отказала, он оскалился взглянув на коварного органического что убедительно изображал труп, но засранец явно еще дышал.
Кай впервые не знал каким образом умертвить органического, нисколько эффективно это сделать, сколько чтобы эта зараза помучалась. Если бы машины осознавали что такое честь, то этот полудохлый паршивец явно ее задел своей выходкой. Как оказалось Кай не знал что данный хитрец придерживался принципа: если не победить, но подгадить врагу обязан. Кай почувствовал, как ему на плечо сыплется крошка, также услышал странное шуршание и писк доносящийся сверху, он поднял голову и немного подвис, ведь не понял что его сенсоры уловили.
А тем временем потолок вспучился, задорно треснул и обвалился, на Кая посыпался темный град синих глазок и хвостиков, мыши…точнее их оживленные сородичи облепили Кая, подобно мантии волшебника, только характерной шапочки и палочки не хватало для убедительности. Пищащие комочки зла со зверским аппетитом объели кожное покрытие Кая, обнажив механический скелет, больше походивший на диковинный каркас механизма. Если бы на месте Кая находился человек, он бы погиб тотчас от болевого шока, но графский слуга лишь злобно заскрежетал зубами обнажённых челюстей. А вот охранники при виде Кая, словно трогательные девицы рухнули в обморок, хотя они считали что до селе всякого повидали. Индира ощутила приступ тошноты, побледнела, ее лихорадило. А вот графу было весело, Данте с начала боя находился у входа в комнату и опершись плечом о дверной косяк с интересом наблюдал чем дело кончиться.
– Ты…– проскрежетал Кай, сощурив глаза, враждебно скрипя подвижными деталями надвигался на Ленара, что все еще лежал неподвижно. Убийственный механизм приближался к Кузнецу явно не душевно поблагодарить за скрабинг мышами, но тут звонкий смех заставил слугу оглянуться.
Мышеносец увидел графа, что пытался сохранить аристократичность, все же искреннее смеялся, вплоть до слез.
– Ой, не могу! Кай! – сквозь всхлипы простонал Данте, – Ох, я так не веселился….да со времен когда она была жива.
Кай с растерянностью смотрел на господина и не понимал, что тот нашел забавным, ведь на его дом напали, пытаются похитить важную составляющую эксперимента, а графу смешно отчего-то.