В обед Индира вынесла поднос с едой, Эхон удивлённо вскинул брови, Обсидиан даже заскакал на месте на радостях, но Ленар уронил на него хмурый взгляд и он сник, опустив уши к голове.
– Ты все не успокоишься, я кому сказал лежать и исцеляться, а? – возмутился Ленар и неодобрительно посмотрел на Индиру, меньше всего он хотел, чтобы у неё начались какие то осложнения.
– Я лягу как только вы поедите, обещаю. И буду восстанавливаться быстро-быстро, если буду знать, что мои мальчики не умрут с голоду. – Примирительно проговорила Индира и мило улыбнулась.
Ленар тяжело вздохнул, но сменил гнев на милость, понимая что спорить с этой упрямицей бесполезно.
Так они сидели на крыльце и обедали в дружной компании. А потом заглянула в гости Настя, ей объяснили что случится ночью пожар. Она испугалась не на шутку, особенно когда узнала, что Индира пострадала во время пожара. Настя тот час преисполнилась готовностью помогать. Индира хотела вежливо отказаться, но Ленар ее опередил и дал девочке задание ухаживать за непослушной больной.
Такой подставы ведьма не ожидала, она посмотрела убийственным взглядом на этого хитреца, а тот обворожительно улыбнулся и мстительно попросил не выпускать его сокровище с кровати. Разве что в туалет. Сокровище, за спиной Насти провело ребром ладони по шее, явно давая понять что сделает с этим кованым типом в ближайшем будущем. Но тут Ленар заговорил, о том что может заметить походы в туалет на ночной горшок, за неимением оного на казанок, ведьма намек поняла и притихла, про себя придумывая планы мести Кузницу.
Так что Индире пришлось действительно вернуться в комнату и повести остаток дня в кровати. Ведь мелкая надсмотрщица, не велась на провокации и все с готовностью приносила сама, чтобы ведьма не попросила. А если Индира не слушалась, то Настя обещала все рассказать Ленару, ведьма тот час делала вид что слушается.
**************
Ким встретил старого товарища по охоте крайне внезапно, тот возвращался с северных земель и решил завернуть в Марьевку пополнить запасы провизии. Митяй был ещё прожженее и матернее, чем Ким, да и считался уважаемым охотником, к мнению которого прислушивались. Не одна нечисть упокоилась от его меча. И вот сидели они в корчме и вспоминали былое под медовуху, когда к ним подсел отец Гордея. Тут уже началась радушная покойка на троих. Саныч, решил отблагодарить спасителя сына как подобает, выставив «горилку» личного приготовления, все началось с одной кружки, а потом ещё и ещё. И тогда Саныч слёзно попросил Кима научить его единственного сына защищаться от нечисти проклятущей. Охотник бы в трезвом уме никогда не согласился на такое, тем более Ким никогда не брал себе учеников, ведь он всю жизнь избегал ответственности за чужую жизнь. Но выпитое развязало язык, позволило выбить из себя клятву научить доходягу (когда тот поправится) как отстоять свою жизнь. Потом выпили и за это. Митяя тоже понесло на подвиги.
– Эй, хлопцы, хотите кой чего покажу? Только вы ща, никому, ик, ни слова? – доверительным шепотом попросил Митяй, заговорщически склонившись к собутыльникам.
Те удивленно переглянулись.
– Да за кого ты нас принимаешь? Мы не бабы, чтобы языками трепаться! – оскорбился Ким, а Саныч возмущено хмыкнул.
И пьяненькая троица поплелась за Митяем, дорога к цели была тяжелая и тернистая при чем в прямом смысле, ведь завел их Митяй случайно в кусты шиповника. Ну что поделать? Немного балансировка сбилась от выпитого. Пару раз Ким в последний момент спас Митяя от неизбежного столкновения с коварным столбом.
И вот Митяй сияющий, как фея насосавшаяся сливок, привел товарищей к месту где оставляли телеги и коней. Захмелевший охотник с гордостью воскликнул:
– Смотрите и впечатляйтесь! – и для пущей значимости даже сделал важный и торжественный вид и театрально указал на…свирепую, угрожающую...повозку, что враждебно пустовала, только брезентовая ткань небрежно ваялась у колес в бурых пятнах.
Саныч и Ким непонимающе переглянулись, они основательное не понимали чем им впечатляться.
– Митяй, друг, я тебя уважаю...но телеги меня и в детстве не особо впечатляли...а сейчас и подавно. – Дипломатично начал было Ким, извиняющийся косясь на Саныча. Ведь охотнику стало стыдно за коллегу, что порочит гордое звание охотника.
Саныч, про себя радовался, что его сыном займётся не этот странный охотник, а более адекватный, хотя... подозрение что все они такие не отпускало старика.
Митяй тот час скис, не понимая почему зрители разочарованы. Охотник оглянулся и... Его лицо забавно вытянулись, а глаза вылезли из орбит, улыбка с лица сползла куда-то глубоко вниз, скорее всего туда где находится пятая точка чуявшая неприятности.