Индира ощутила усталость, из-за чего саквояж казался тяжелее, а ей ещё надо пройти несколько домов с пациентами.
В итоге лекарка вернулась домой поздно вечером.
Уже недалеко показался большой двухэтажный дом, выкрашенный в бежевый оттенок. А его территорию обнял сад, что расцветал белым, розовым цветом. И уже на подходе нос улавливал аромат цветов и трав.
Когда Индира вошла в калитку, то облегченно выдохнула, у нее даже силы откуда-то взялись. Она закрыла калитку и пошла по дорожке, вымощенной белым камнем к дому.
Индира вошла в дом, поставила саквояж на привычное место. Разулась, но потом будто вспомнила о нечто важном и понеслась, прямо босиком на улицу. Индира лихорадочно проверила древки забора, не обнаружив на них повреждений, облегчённо выдохнула и вернулась в дом. В доме пахло деревом, травами и углем, а все потому, что одна часть жилища была поделена на кузню, другая под лабораторию. На втором этаже уже располагались жилые комнаты и подобие ванной.
Индира прошла к месту, где сушились травы и обнаружила на них...инвентарь характерный для кузнечного дела.
– Опять этот балбес, свои вещи разбрасывает. Вот я ему этими щипцами, что-то прищемлю! – Выпалила гневно Индира, хватаясь за щипцы и воинственно ими сотрясая в воздухе, они металлической тяжестью легли в руку.
Она услышала голоса, доносящиеся с заднего двора и вылетела туда, стрелой возмездия.
Когда Индира оказалась в саду, то обомлела, ведь то что предстало перед взором, ей даже во сне не снилось...
Глава 2
Индира негодующей стрелой вылетела из дверей, сверкая взглядом и тот час замерла.
Ведь она увидела то, что не могло присниться в самом романтическом сне.
Заботливая рука украсила задний двор гирляндами из прекрасных цветов. Огоньки фей изливали магический, золотой свет на двор создавая интимную атмосферу. А вольный народ не торгуют этими огоньками. Индира то знала, она хотела выменять у крылатых бестий хоть один, но мелкие жадины напрочь отказывались делиться своими сокровищами. А эти огоньки помогли бы в темные, зимние ночи разогнать тьму, они не выжигают воздух, не требует заправки маслом. Индире бы для работы это пригодилось. А ему удалось...
Посреди двора под пологом старой, цветущей яблони, находился стол и стулья. Стол оказался сервированный не хуже, чем у господ, где стояли изысканные яства.
Виновник всего этого романтического безобразия находился недалеко и пытался сложить букет. Видимо то, что выходило не удовлетворяло его эстетический вкус творца и он психовал, ругался на древнесиальском (Индира поняла что этот язык не менее мелодичен и прекрасен, чем эльфийский, жаль что лекарка знакома с ним только через ругательства. Но даже они очень мелодично звучат). Его фигура была напряжена, а парящая над ним фея схватилась за живот и заливисто хохотала, то и дело роняя с призрачных, светящихся золотом крыльев серебряную пыльцу.
Практичная часть сознания лекарки про себя отметила, что надо потом аккуратно собрать пыльцу. Ведь та стоила немало на рынке магических ингредиентов и артефактов.
Со дня появления этого горе романтика феи в доме стали естественным явлением таким, как картофельная моль или мыши с тараканами. Хотя раньше жилище Индиры эти своенравные, озорные паразиты облетали стороной. Но чем-то Ленар привлекал к себе представителей вольного народа.
Золотоволосый блондин, словно учуял, что о нем думают, встрепенулся и оглянулся.
На его лице всегда суровом и бесстрастном отобразилось удивление и смущение.
– Ой, светоч моей души, я не знал, что ты придешь раньше. Я тут...хотел подготовить сюрприз...вот… – виновато проговорил Ленар, потупив взор, смущенно протянул букет. – Видимо, метал мне больше подвластен, чем живой материал. – Добавил виноватым тоном.
– А в честь чего праздник? – удивилась Индира, в душе ощущая нежное тепло по отношению к этому светловолосому чуду. А ещё ей так приятно от осознания, что для нее решили сделать маленький праздник. Индира не могла вспомнить, кто бы для неё делал нечто подобное. Даже те кому она помогла максимум могли сказать спасибо и одарить буханкой хлеба или кувшином молока. Не то чтобы Индира занималась врачеванием ради корысти, дело даже не материальных благах. А от осознания, что кто-то тратит самое дорогое и невосполнимое, что у него есть... время.
– Как? Ты забыла? Уже три года прошло со дня нашего знакомства. – Полу обижено, полу восторженно проговорил Ленар и засиял улыбкой.
– Ой...и правда прошло три года со дня, когда я ты рухнул мне на голову. – Воскликнула Индира, шлёпнув себя досадливо по лбу. Ей стало так стыдно, что она забыла такую памятную дату. Индира вдруг поняла, что ничего не приготовила в ответ. А девушка не привыкла оставаться в долгу.