– С-спасибо...господин. – Выдавила еле-еле из себя Людмила, то бледнея, то краснея, ее бросало то в жар, то в холод.
– Вы скорее всего голодны, присаживайтесь, сегодня наш повар расстарался как никогда. – Пригласил Данте девушку.
Людмила с усилием сделала шаг на ватных ногах, когда она села, ее стул придвинули. И вообще старались всячески поухаживать, что удивительно для девушки, привыкшей к грубым манерам сельских парней.
– Мне очень жаль, что ты лишилась всего. Прими мои соболезнования. – Проговорил печальным тоном Данте.
– Спасибо. Это случилось так неожиданно. Еще проживаю тот миг. Я словно еще с ними. И будто часть меня умерла вместе с родными. – Призналась девушка.
– Да…скорбь, словно болото, затягивает крепко и нет мочи освободиться, пока кто-то не поможет. – Ответил Данте, с грустью опустив взгляд.
– Вы так говорите, словно познали что это такое? – Сказала Людмила и тот час спохватилась, запоздало вспомнив, Зайра уже говорила, что господин тоже скорбел о ком-то. – Простите…я только недавно начала учиться манерам, Зайра-бабба говорит, что мои манеры заставят покраснеть даже гномов. – Пошутила Людмила, смутившись и ощутив укол вины.
– Ничего страшного. Все мы кого-то теряли или потеряем, такова вторая сторона жизни. – Проговорил задумчиво Данте. – Зайра преувеличивает, твои манеры прекрасны.
– Посмотрим, что вы скажете, когда я допью это вино. – Пошутила Людмила.
Данте улыбнулся.
– Много лет назад, моя сестра попала в беду… сейчас она находиться между жизнью и смертью. Мои родственники и даже отец ее похоронили. Но только не я…для меня она жива. И так будет пока я не удостоверюсь в обратном. – Признался Данте с болью, сжав в руках ложку, так сильно что она с жалобным скрипом погнулась.
– Мои соболезнования, господин. – Робко сказала девушка.
Из коридора раздались шаги, в зал вошел Кай, одетый в походную одежду, с перемазанной в грязи и поцарапанной физиономией, запекшейся на виске кровью. Юноша выглядел так словно, вурдалак учуявший что над его могилой устроили романтический ужин и вылез потребовать свою долю если не еды то крови.
Людмила побледнела испугавшись вида парня. Данте лишь ухмыльнулся, иронично изогнув бровь.
– Простите, за что прерываю ваш ужин, господин. Но я достал все необходимое, даже подопытного. Скажите, когда стоит все готовить? – Прочеканил Кай и с равнодушием посмотрел на девушку и остановил цепкий взгляд на Данте.
– Что ж, мой ужин придётся прервать, дела не ждут, мы и так отстаем по графику из-за вынужденного переезда. – С печалью сказал молодой господин. – Простите, моя дорогая, но вам придётся провести остаток вечера в одиночестве. Надеюсь, вы не будете скучать. Обещаю чуть позже, когда ты освоишься, мы продолжим знакомство. – Оживился Данте, его глаза загорелись азартом. Он галантно поцеловал Людмиле руку, она смущенно покраснела.
– Кай, может, тебе нужно перевязать раны...это что кровь? – предложил заботливо Данте повнимательнее присмотревшись к слуге.
Кай все с тем же безразличием.
– В этом нет нужды, кровотечение остановлено, а повреждения не мешают функционированию. И на одежде кровь не моя…– Спокойно ответил Кай.
– Э…а чья? – удивился Данте.
– Разбойников, лошади и медведя…если судить по строению черепных костей, это был медведь. Простите за лошадь. – Отчитался Кай.
– А что случилось с конем? – Чисто из любопытства спросил Данте.
– Его съел медведь, кровь которого попала на мою одежду. – Ответил Кай.
– Кай, когда ты остаешься один у тебя начинаются интересные приключения. – Заметил Данте, окинув ироничным взглядом с ног до головы слугу.
Вскоре они покинули зал и спустились в нижний ярус замка.
Данте не мог дождаться начала эксперимента, его преисполняло предчувствие новых открытий.
Глава 12
Огромное помещение с высокими потолками, в котором расположена большая лаборатория, испытательный полигон. Тут пахло хлоркой и химией, хотя и была хорошо развита система вентиляции.
Данте стоял на подмостке, что раскинулся над полигоном, внизу стоял растерянный разбойник, он рассеянно почесывал предплечье.
Под мощным светом ламп, человек ощущал себя тараканом, застигнутым врасплох, мужику также хотелось под чем-то затеряться, или где-то притаиться.