Индира до селе ощущавшая приступ истерики, трогательно уткнувшись носом в грудь Кузнеца, осязала как тепло его тела, действовало словно успокоительное на мятежную душу ведьмы. На нее словно ниспали лучи летнего солнца. А еле уловимое сердцебиение, что участилось, когда Индира прильнула к нему, завораживали и расслабляли, как кошачье урчание. На миг ей показалось, что проблемы исчезли, как и весь остальной враждебный мир. Остались только они. Ей хотелось находиться подле Кузнеца хоть целую вечность. Индира понимала, что если бы не его поддержка она бы не пережила гибель матери и старших из ковена. Да и сама бы вряд ли выбралась из той мясорубки.
Да только лишь колющее чувство тревоги проснулось в ее душе, когда в сознании всплыли ужасающие картины прошлого. И холодный блеск сапфирового обелиска, являлся молчаливым напоминанием, что ее рай не вечен.
– Ты прав...ты всегда говоришь умные вещи, это ты из нас самый умный, хоть и любишь казаться дураком. Но мне страшно. Понимаешь, я не самая сильная ведьма из своего ковена. Более того из-за немощности своей была вечно гонимой. Моя жизнь должна была увенчаться каменным надгробием еще в малолетстве. Но чудо спасло от руки смерти и дало силы. Но я не знаю хватит ли их, что бы справиться с целым ковеном. – Прошептала Индира, прикрыв глаза.
– Но ты забыла что не одна есть я…я могу помочь, только помоги понять как. – Проговорил Ленар, крепче прижимая девушку, с удовольствием вдыхая аромат ее волос, что пахли жасмином с сладковатой ноткой.
– Нет, я ошиблась, ты все-таки тот еще дурашка. Ну как ты сможешь справится с целым ковеном? Ты конечно замечатлённый боец, но против магии, боевые искусства не всегда помогают. – Заметила с умилением Индира, подняв взгляд на задумавшегося Кузнеца.
– Кстати, а как они нас находят, если ты ставишь барьер? – Поинтересовался Кузнец.
– Наверное, у них осталась моя вещь, мы же долго жили чуть ли не под одной крышей, а в таком случае любые барьеры бесполезны. Я не знаю почему все эти три года они нас не трогали. Возможно, копили силы или восстанавливались после нападения охотников. – Ответила Индира, пожав плечами.
– А мы их можем найти? – Озадачился Ленар.
– Не думаю…у меня ничего от них не осталось, увы…так что не смогу…Теперь даже не знаю что нам делать…– Расстроилась Индира. – Так что как видишь, даже если бы мы решились бороться,то просто не найдем ковен. – Ведьма ощутила себя бесполезным ребенком, против которого играют профессиональные игроки.
Где-то над головами ребят раздался грохот, писк, возня, и некое пушистое тело ухнуло на темечко удивлённо взвизгнувшей ведьмы. Когда минутка истерики прошла, Индира нащупала ошарашенную хвостатую «заколочку» и держа ее за хвост придирчиво осмотрела.
– Это что мышь?! – пискнула Индира, обычно она мышей или крыс не боится…живых… а эта явно жизнь свою давно где-то потеряла, судя по тусклому облезшему темному меху в свалявшемуся и в бурых пятнах. Но самое жуткое это пронзительно сапфировые глаза. В отличие от мутных глаз типичного мертвеца, они пылали мистическим огнем, от них даже исходила легкая дымка, как от угольков. Мышь не проявлял признаки агрессии, но он предано взирал на Кузнеца, что побледнел.– Эхон, ты что там заснул что ли? У нас по дому бродит умертвь, а ты не реагируешь? – возмутилась Индира.
Ленар задрал голову верх и увидел фею что виновато пожала плечами, мол, прости, он слишком шустрый оказался, не удержала.
Вот в темном углу загорелись два изумрудных глаза и заклубился дым.
– Ёх, ёх, зря серчаешь, барыня. Нет тут умертви. – Спокойно ответил потрескивающим голосом Эхон.
– А это что? – Возмутилась Индира, поднеся мыша прямо к Хозяину дома. Тот пыхнул дымом из трубки в несчастную умертвь, что задергала в воздухе лапками, словно пыталась плыть в воде и прокрутилась на триста пятьдесят градусов.
– Это что угодно, но не умертвь. Оно воспринимается как импульс жизни, возможно вот-вот потухнет, а может протлеет несколько сотен лет. – Авторитетно заключил Эхон, моргнув глазками пуговками.
– Импульс жизни? Это что за напасть? Я не сильна в некромантии. – Полу возмущённо, полу растерянно уточнила Индира.
– Мой дед любил рассказывать про своего хозяина, а тот как раз был некромантом, так что у меня сложилось стойкое ощущение, что я невольно прошел курс обучения некроминологии. – С усмешкой заметил Эхон, накуривая трубку.– Так вот что он мне поведал, если из людей выходит некромант, то он подымает умертвь, но делает это через сложные ритуалы, применяя амулеты и иные артефакты. Но есть и другие…наделенные безграничным источником энергии, что носят в себе осколки Древней Сиалии. Таким удаётся не нарушать законны этого мира, а «обходить». Их творения не умертвь, а жизнь...но другая. Точнее импульс жизни. Более того импульс жизни не агрессивны. Им не нужна плоть живых, он не ведомы голодом, лишь волей создателя. – Ответил Эхон, внимательно посмотрев в глаза Индире.