В зале было тихо, иногда шуршали страницы, иногда тихо скрипели по полу отодвигаемые стулья. Дежурившая сегодня по читалке библиотекарь Ольга, говорила шепотом, но и выглядела она не важно. Андрэа знала, что эта тоненькая черноглазая женщина занимается саморазвитием: голодает два раза в неделю, ходит в спортзал для сотрудников на ыогу, воспитывает сына в каких-то непонятных, но просветляющих техниках и всякое такое. Вот и сегодня Ольга, похоже, росла над собой, то есть еле-еле шептала, а вид имела черный и больной. «Голодает», - поняла Андрэа.
Все эти подробности про рост над собой и чудо-техники с голоданием она узнала из обрывков разговоров Ольги и её сменщицы Василии, с которой они пару часов в день работали вместе, когда наплыв адептов был максимален.
Василия была полной противоположностью Ольги – пышная блондинка с копной светлых топорщащихся волос, никогда ничем себя не мучившая и отличавшаяся постоянными жизнерадостностью и злостью. Она всегда норовила хоть словечком покусать нерадивых или неопрятных студентов, оставляющих грязные, или, упаси дева-электромонтёр! жирные следы на методичках, пособиях, справочниках или учебниках.
В свободные минуты библиотекарши потихоньку шептались о своём, о библиотекарском, невольно посвящая Андрэю в свои дела. Их шепоток просачивался практически не приглушенным прямо к любимому столику адептки.
Столик она любила за уединенность – он был не в самом последней ряду, но всё-таки достаточно далеко как от людного прохода в другой зал, так и от стойки библиотекарей, а ещё перед ним стояла большая кадка с фикусом.
Этот фикус вывели в Академии БиоМагии, о чем гласила солидная табличка, из которой следовало, что данный представитель флоры обладает свойствами шумогашения и несколькими другими, например, улучшенной функцией озонирования воздуха, пылепритяжения и пылеусвоения. Но адептка подозревала, что кроме перечисленного, раскидистый зеленый куст обладал непрописанными в табличке зачатками разума, жутко любопытного и скучающего.
Этот вывод напрашивался сам. Потому что не могла быть случайностью такая узконаправленная слышимость чужих разговоров из-за стойки библиотекарей прямо в этот угол зала. Да и приветственное шевеление листьев навстречу адептке, что ежедневно посещала этот уголок, в безветренном помещении было маловероятно. Однако было! Про обрывки бумаги, таинственным образом исчезавшие в корнях растения, она вообще боялась напоминать даже самой себе. Но своими догадками адептка Обоянь ни с кем не делилась, иногда только закапывала огрызок яблока или конфетный фантик в землю у корней. Мало ли, а вдруг фикус и такое любит? Главное, что не мешает, укрывает от легких шумов и создаёт иллюзию уединенности.
Работалось в этом уголке хорошо, лучше, чем в комнате общаги. Поэтому и сегодня Андрэя сидела над учебниками и справочниками, готовя расчетно-графическую работу по теоретической магмеханике. Ей хотелось побольше успеть, потому что вот-вот должен был подойти парень из её группы, который просил помочь в учёбе. Он очень плохо разбирался во многих предметах, и магмеханика была первой в списке. Несданная ближайшая сессия грозила ему отчислением и армейскими курсами по низшему разряду.
И не то, что бы он боялся армии, - как раз тут у него всё бы получилось, поскольку мускулатура была на месте и в достаточном для сдачи всех нормативов количестве. Да физподготовка вообще была единственным предметом, с которым у Вероника не было проблем. Он сам подошел к Андрэе как-то на перемене и сказал, сверкая дружелюбием и обаятельной улыбкой:
- Слушай, ты так здорово рубишь во всех этих техномагических штучках!..
Андрэя только пожала плечиком, дескать, кто же тебе мешает понимать? Парень помялся и выдал уже не так бодро:
- Меня отчислят, если сессию не сдам. Помоги, а? По-товарищески?.. – и просительно посмотрел в глаза. Андрэе стало за него как-то даже неудобно, будто ей в туфель попала галька размером с ладонь – настолько это выражение лица не шло крепкому, спортивному парню.