- Девушка, эй, девушка! - окликнул ее ктото. Она попыталась отозваться, но не смогла. - Вам плохо, девушка? Эй, вы что делаете?…
Ее ктото поднял, попытался помочь ей устоять, но ноги не держали курсантку, она снова валилась лицом в землю, совершенно не чувствуя боли.
- Что с ней делатьто?
- Да бросить… Наркоманка какаято…
- Наркоманка? - Ее повернули лицом вверх, ктото оттянул веко - она не видела, лишь смутные светлые и темные пятна гуляли перед внутренним зрением. - Нет, не наркоманка. Не похоже.
- Ну и что ты предлагаешь? «Скорую» вызывать? Так они все равно, скорее всего, не приедут.
- Ладно, разберусь. - Говоривший взвалил ее на себя и кудато понес.
Снова провал сознания, и мир вокруг себя Кайндел ощутила уже только тогда, когда ее уложили на чтото мягкое, протерли лицо мокрой тряпкой и поднесли к губам чашку, попытались напоить. Она сделала несколько глотков, но както механически, и, когда отпустили, снова повалилась навзничь.
«Просто как отходняк от наркоза, - вдруг подумала Кайндел. Это уже можно было считать прогрессом, раз появились мысли, значит, дело идет на лад. - Это ж надо было так надорваться… Это же… Как я вообще умудрилась остаться в живых после такой магии? Куда меня занесло?»
Она с усилием открыла глаза и тупо посмотрела перед собой. Через минуту осознала, что вокруг - квартира, изрядно захламленная, конечно, но самая обычная. У стола хлопотал седоватый мужчина, расставлял тарелочки. Почувствовав взгляд, обернулся, наклонился, вглядываясь в ее лицо.
- Э, да ты очнулась! - воскликнул он. - Ну наконецто. А я уж думал, все, с концами. Звонил в «скорую», а они мне сказали, что машины у них стоят, бензина нет, приехать не могут, потому как далеко. Велели тебя тащить в больницу, в ближайшую, а куда я потащу. Не в том я уже возрасте, чтоб девушек на руках носить… Ну ты как? Как себя чувствуешь?
Кайндел с трудом приподнялась на диване. Перед глазами плыли чернозеленые пятна.
- Ой… Отвратительно. - Губы не слушались. - Мне бы… Сейчас…
- Коньячку? - предположил старик.
- Нене, только не коньяку. Чаю бы…
- Чай есть… Что стряслосьто с тобой? Я решил, ты наклюкалась до полусмерти. Тем более, на тебе мундир…
- Форма. - Она с трудом уселась, откинулась на спинку дивана. - Не, я не пила. Это после серьезной магии… Обессилела.
- Мда? Не знаю, я в этих ваших новомодных магиях ничего не понимаю. Не пила, говоришь?
- Нет.
- И верно, не пахло от тебя. Но худо тебе было - это чтото, смотреть страшно. Тут над тобой наклонялись двое - наверное, за оружием. Но мы их спугнули. А то б обобрали да и прирезали. Свободно могли.
- Где я?
- А ты не помнишь?
- Не сообразила. Так где?
- На улице Гороховой. Дом пятьдесят семь.
- Питер, - пробормотала она.
- Да, Питер. - Старик удивился. - У тебя контузия, что ли, была? Не помнишь, где ты?
- Нет, помню, конечно, - поправилась она. - Просто мысли в порядок привожу. После этого… После магии.
- Вот тебе чай. Только не сладкий, сахару мне достать не удалось. Есть конфеты. Старые, но всетаки… А ты где служишьто?
- Служу? - сперва не поняла Кайндел.
- Ну да, служишь… Форма, оружие… Форма явно не милицейская. Армия, что ли?
- ФСБ, - соврала девушка.
- Ух, ты, - уважительно качнул головой он. - Такая молодая, и уже ФСБ. Как тебя зовут?
- Вика.
- Мм… А я Сергей. Евгеньевич. Но можно просто Сергей… Ты как, в себя приходишь?
- Постепенно. - Ей действительно становилось лучше. - Можно еще чая?
- Можно, конечно. Но конфет больше нет. И вообще с едой у меня плохонько. Сама понимаешь, что сейчас можно купить, если нет никакой полезной профессии в руках. Сапожник там или портной. Или хотя бы крупье в казино.
- А что, казино работают? - вяло удивилась Кайндел, хотя вообщето знала, конечно, ответ на свой вопрос.
- Конечно, работают. Закон сохранения энергии, если ктото живет очень плохо, то ктокто должен жить очень хорошо. В нашем мире обязательно должна найтись сотнядругая счастливчиков, у которых денег куры не клюют. Или что там у нас особенно ценится теперь кроме денег?
- Как и раньше. Золото и драгоценные камни, - улыбнулась девушка. - Особенно те камни, на которые можно положить чары. В смысле, те, которые можно использовать как хранилище заклинания.
- Затейливо. Нуну…
Медленно приходя в себя, курсантка вспомнила, что там, недалеко от Кухиласвара, поселка, опустевшего еще лет пять назад, ее ждет боец ОСН. Да и Шредеру неплохо было бы сообщить о том, что ее пытался то ли убить, то ли захватить в плен какойто неизвестный парень. Она обшарила себя, но мобильного телефона не нашла. С усилием нагнулась, обшарила сброшенную на пол куртку - там тоже не было.
- А где мой телефон? - удивилась она, медленно соображая.
- У тебя был телефон? - отозвался старик.
- Был.
- Сотовый?… Мм, ну, значит, тем парням всетаки удалось поживиться. Но оружие всетаки не забрали. Оружието дороже стоит, чем телефон…
- Мда… - протянула она, пытаясь сообразить, как же ей теперь действовать.
- А что, тебе надо позвонить?
- Надо бы…
- У соседей в принципе работает телефон. Можно их попросить…
- Пожалуй, надо будет сходить. Когда силы появятся. Отзвониться начальству… Только вот сейчас, кажется, сменился код звонка со стационарного на мобильный телефон, а я его не знаю. Может, соседи ваши подскажут… Разъясните мне, пожалуйста, Сергей, где я нахожусь? А то я очень плохо ориентируюсь в городе…
- В родномто городе? - Старик укоряюще качнул головой. - Нуну… Мой дом, дом номер пятьдесят семь А, стоит почти на углу набережной Фонтанки и Гороховой улицы. Ну сообразила? Недалеко от метро «Сенная площадь». Недалеко от старого Апраксина Двора…
- А, так здесь Ротонда! - воскликнула девушка.
- Хм… Верно. Здесь, в доме действительно есть ротонда. Старинное сооружение. Поговаривают, будто там еще в прежние времена, двести лет назад, масоны свои встречи устраивали…
- Дада, я это слышала… А можно на нее взглянуть?
- Ну можно, наверное, - неохотно ответил пожилой мужчина. - Там сейчас дверь все время открыта. Ее сломали, ну а починить не удалось… Правда, там частенько всякая шпана ошивается. Дом почти опустел, почти всех жильцов выжили. Я б на твоем месте туда соваться не стал. Тем более в таком состоянии…
«Это верно, - задумалась Кайндел. - В таком состоянии я ни на что не способна». Она вспомнила свое видение. Все правильно, сперва был лес, потом Невский проспект и Казанский собор, потом Ротонда. Конечно, видение - это не руководство к действию и не значит, что она обязана сперва ехать в старому «Дому книги», а потом возвращаться сюда, на Гороховую. Но задуматься об этом стоило.
«Нет, в таком состоянии никуда нельзя соваться».
- Скажите, у вас можно переночевать? - неуверенно спросила Кайндел.
- Ну… В принципе можно, конечно, - задумался старик. - Квартира большая… Вот тоже верно - куда тебе сейчас идти. Ты и за порогто не выйдешь. Ложиська спать. Только вот накормить тебя мне нечем.
- У меня был с собой рюкзачок, - пробормотала девушка, укладываясь обратно на диван - короткое усилие, когда она всего лишь приподнялась и поискала свой телефон, далось ей нелегко. - А там коекакая еда.
Ей с собой, разумеется, дали сухой паек. Поскольку состав этого сухого пайка менялся в зависимости от возможностей ОСН, то и четкого правила, какие продукты укладывать в сумку, не существовало. Единственное, что оставалось неизменным - мясные консервы (попадалось все, что угодно, даже конина) и шоколад. С последним везло нечасто, обычно в бумагу упаковывали грубые куски горького, черного шоколада, который на сухой паек дробили, похоже, молотком и зубилом, откалывая, как гранитные плиты от гигантского монолита, никак не меньше. Как бы там ни было, но все это отлично утоляло голод.