По другую сторону зеркала раздался тяжёлый вздох, а у Сучьи защемило на сердце, задрожала рука, в которой девушка держала зеркальце. Молчание затягивалось, в окружающем пространстве нарастало напряжение, от которого волосы и хвост пушились и обрастали невидимыми взору колючими искрами.
- Будь осторожна, Сучья. Помни, мы любим тебя, дорогая.
- Я тоже вас люблю, мам. Передавай привет папе, хорошо?
Зеркало издало тонкую трель, которая означала окончание разговора. Сучья сглотнула подступивший к горлу ком и громко выдохнула, позволив себе убрать с лица тёплую улыбку.
К моменту, когда Сучья вернулась в комнату на чердаке, луна вступила в свои права и теперь освещала половину чердака приятным холодным светом. Только ночью можно было увидеть пшеничный хвост во всей красе. Девушка достала из своего чемоданчика расчёску с широкими зубцами и принялась расчёсывать вспушённую шёрстку. Зубья проходили легко, будто бы через воздух, мелкая крошка чёрной земли выпала на пол и тут же исчезла, стоило девушке применить свою силу.
На факультете макрамэ тэил не учили пользоваться своими способностями в собственных целях, но со временем, больше практикуя в одиночестве, Сучья смогла наловчиться контролировать свою энергию почти так же хорошо, как это бы делал любой человек. Никому другому она об этом не рассказывала, держала в секрете даже от своих родителей, боясь быть раскрытой. И каждую свободную минутку уделяла на совершенствование своих способностей.
За ночь пропал знакомый моей владелице запах кобальта столичных стен, окрашенных синими белилами. Пшеничный хвост за ночь снова стал пышным и стянул с ног девушки простынь. От неё веяло льном так приятно, что Сучья, не удержавшись, вдохнула запах с удовольствием. Тэил быстро надела неприлегающую к телу блузу нежного розового цвета зашнуровав сапожки, спустилась с чердака и направилась в отведённое под столовую помещение.
Завтрак в лекарском доме был полон неловкого молчания, среди послушниц, сидевших от новоприбывших в отдалении и, в тоже время так, чтобы услышать чужой разговор. Лист не мог совладать с собственным языком, желая поделиться каким-нибудь забавным фактом, или случаем. Его лицо в такой момент становилось светлее, но стоило Сучье поднять на него внимающий взгляд, как парень закрывал рот и отводил взгляд в сторну.
***
- Протяни ладони. – Лист достал из своего рюкзака пузырёк, сквозь прозрачное стекло в нём плескалась аммолитовый раствор. Откупорив пузырёк, студент вылил часть содержимого на ладонь Сучьи, вторую на свою, и растёр жидкость по коже.
Помещение первого этажа, огромное помещение (именно над ним располагались кабинеты на верхнем этаже), опасно освещённый по периметру стен свечами, был заполнен длинными непривычно высокими лавками и кушетками, на которых расположились пришедшие люди. Со всех сторон раздавались сиплый, грубый, сдавленный кашель. Лица присутствующих, неестественно бледные, напоминали собой древний пергамент, готовый рассыпаться от не острожного прикосновения, а взгляды, поблёкшие от продолжительной работы на солнце, косились на вошедших с интересом.
- Вы не похожи на Мастера и послушницу. – Подала голос маленькая девочка, оказавшаяся ближе всех к студентам.
- Ага, мы учимся, сразу на живых людях. – Лист улыбнулся, внимательно рассматривая лицо девочки, кажется по имени Клара. Ещё вчера у неё не было такой выразительной фиолетовой каймы вокруг глаз. – Конкретно сейчас, на тебе. Где умудрилась коленку разбить?
Опираясь на толстую тросточку, она прошла за Листом, и тот помог ей устроиться на свободном краю скамейки, стал осматривать. Сучья, не теряя времени, достала из мешочка на своём поясе несколько красных ниток, и стала выплетать заученный узор лечебного оберега.
- За капустой в огород тётки Сары лазили, - на выдохе грустным голосом призналась девочка, кажется, на этот вопрос она отвечала не в первый раз. – А, у неё забор высокий, и собака злая. Она заорала, понеслась на нас, ну мы через забор и сиганули. А я застряла наверху и ка-а-а-ак… БУХ! – Клара звонко хлопнула в ладоши, от чего проходившая послушница вздрогнула на месте и недовольно оглядела девочку. – На кочан. Прибежала тётка Сара, начала кричать, совсем как её собака. Ну и сюда потащила.