На острове существовала лаборатория времени. Там работали математики, философы, физики, историки… Словом, целая группа специалистов, которая исследовала и контролировала этот процесс. У них не было оборудования, установок или приборов. Они сидели за столом и проигрывали разные ситуации во времени. Просто играли и в итоге пришли к серьезному выводу – со временем играть нельзя! Тогда эти люди предупредили Генри об этом, теперь каждая операция ими просчитывалась, и ошибиться было невозможно. Их вывод был такой: перемещаясь в далекое или близкое прошлое, нельзя касаться событий, видоизменяя их. Все дело в том, что время имеет некоторую «многослойность». Это не линия, даже не плоскость. Это большой слоеный пирог. Это объем, который мы пока не можем постигнуть разумом и понять. Конечно, часто бывает так, что человек, не зная и не понимая, стремится воздействовать на объект своего невежества, даже пытается уничтожить его. Так было в истории не один раз. Разрушение – один из путей познания. Но его предостерегли – со временем играть не стоит. Достаточно изменить что-либо в прошлом, наступает некий временной коллапс. Мы – люди, не умеющие обращаться с этим временем, попадаем в один и тот же момент в разные, параллельные плоскости, и не понятно, где тот мир, в котором мы живем. А, пытаясь понять многомерность этого временного пространства, теряемся и пропадаем, потому что постичь этого нам не дано. Возникает некий хаос, абсурдность ситуации. Мы находимся в прошлом, видим там себя, находимся с ним рядом. Каждый выполняет свои действия, которые противоречат друг другу, а результатом может стать многоплоскостной временной хаос, который контролировать и предвидеть будет нельзя. Вот тогда и возникает конфликт между некоторыми временными пересечениями и нашей жизнью. Конечно, природа справится с этим парадоксом, но человек нет, и последствия могут стать непредсказуемыми.
Можно возразить, что сама идея жизни на острове в далеком прошлом уже нарушает этот закон, здесь уже происходит воздействие на будущее. Но в лаборатории времени объяснили, поскольку остров все равно погибнет, а произойдет это задолго до появления на планете человеческой расы, такое воздействие на будущее цивилизации минимально, хотя, безусловно, есть. Именно поэтому Вудли не должен был снова попасть к Бобби во второй раз и отменить свои действия. Встретив там самого себя и отменив то, что ты сделал вчера, ты меняешь завтрашний день и себя тоже. Ты попадаешь в параллельные плоскости времени, и где потом искать себя – не знает никто…
И теперь Генри мучительно принимал решение. Стоило принести людям туда, «наверх», изобретение Леонида (его фотонный двигатель), повернуть все назад будет невозможно. Это закон! То, что случится сегодня, останется в этом дне навсегда. А дальше наступает завтра уже вместе с этим событием. Так устроен мир…
А время идет параллельно и там и здесь, куда бы тебя не забросила временная нора, его становится все меньше. И теперь нужно было тысячу раз просчитать последствия такого решения. Но не делать ничего было нельзя – время «конца» приближалось…
Генри последний раз встретился с учеными из временной лаборатории. Что они могли ему посоветовать? Ничего. Ничто не возможно предвидеть в масштабах такого события. Это совсем новое, радикальное решение. Готовы ли к нему люди? Наверное – да. Это, безусловно, облегчит им жизнь. Все станет доступнее и дешевле. Все, что производилось ранее, потом перевозилось, перелетало, охлаждалось или согревалось, освещалось и так далее… все имело невероятные затраты на ту или иную энергию, а теперь она становилась для бесплатной и в буквальном смысле бралась из воздуха.
Готовы ли к этому политики? Генри сейчас это интересовало меньше всего. Те будут ждать указаний своих хозяев, из чьих рук привыкли кормиться, и поэтому к общему народному ликованию они не имеют никакого отношения, да и вряд ли способны на что-то сами по себе. А вот будут ли довольны их покровители – сильные мира сего, в чьих руках сосредоточены все блага человеческие, – это большой вопрос! И теперь эту проблему предстояло решать.
Он стоял на берегу, размышляя об этом, и всматривался вдаль, где должна была открыться воронка и через какие-то секунды появиться вереница судов с хозяевами и членами правления «организации». Такие встречи происходили редко – раз в несколько лет. Обычно проводились телефонные переговоры или видеоконференции. Для этого Генри поднимался «наверх», и со своего корабля проводил переговоры и видео-встречи, а потом возвращался на свой остров. Но теперь, когда ситуация обострилась, нужно было встретиться, пожать друг другу руки и подтвердить намерения. Все эти люди были не простыми гражданами, обремененные огромными состояниями, реальной властью а, некоторые из них, даже совестью. Но, сколько людей – столько мнений, поэтому нужно было встретиться, посмотреть друг другу в глаза и договориться. А от каждого из них сейчас зависело многое. Почти все…