Лес проглотил его как огромное чёрное чудовище. Ветки хлестали по лицу, цеплялись за одежду, словно пытаясь удержать, остановить. Под ногами хрустел валежник, нарушая зловещую тишину. Он шёл, почти не видя пути, целиком полагаясь на электронного проводника. Мысли путались, в висках стучало: «Анна. Анна. Только бы он ей не навредил. Я убью его нахуй, пусть хоть волос упадёт с её головы».
Спустя минут двадцать лес расступился, открыв крутой склон. Александр подошёл к краю и заглянул вниз. Где-то в десяти метрах под ним с рокотом несла свои холодные воды река, её пенящиеся струи едва различимы в лунном свете. Ветер здесь был сильнее, он выл в ушах и трепал волосы.
Именно в этот момент позади него раздался лёгкий шорох. Александр резко обернулся.
Из мрака, из-за стволов вековых сосен, вышел человек, закутанный в длинный чёрный плащ с капюшоном, надвинутым на лицо. В его руке мерцал крошечный огонёк сигареты. Незнакомец сделал несколько неторопливых шагов вперёд, остановился в паре метров от Александра и медленно, почти театрально, сбросил капюшон.
Лицо, появившееся из тени, заставило сердце Александра остановиться. Это было его собственное лицо. Но искажённое холодной жестокостью, пронизанное годами обиды и ненависти. Незнакомец затянулся, и клуб дыма медленно пополз в сторону Александра.
— Что тебе нужно, Бен? — голос Александра прозвучал хрипло, но твёрже, чем он ожидал.
Тот усмехнулся уголком рта, точь-в-точь как делал это Александр в минуты раздражения.
— Мне нужно, чтобы ты исчез. Навсегда.
— Блять, да что с тобой? Я даже никогда не подозревал о твоём существовании. Даже наша мать думала, что ты умер в родах. Никто не знал! Доктор Уильямс был одержим осчастливить свою жену. Он украл тебя! Давай начнём всё с чистого листа? К чему эта война? Я даже рад узнать, что у меня есть родной брат.
Слова вырывались из него торопливо, горячо. Он отчаянно хотел в них верить, выковать ими хоть какую-то связь.
Бен злорадно рассмеялся. Его смех был сухим и колким, как удар хлыста.
— Ты меня не понял, бра-а-ат, — он с наслаждением растянул последние слово, вкладывая в него всю свою ядовитую ненависть, — Я хочу быть один! Как все эти годы был ты. У тебя была жизнь, о которой можно только мечтать! Ты получил всю любовь родителей, славу, красивую девушку. А я? Меня вырастила семья психопатов, которые спиздили меня младенцем! Отобрали мою лучшую жизнь! Я учился в ебучей школе, где надо мной издевались, просто потому что я был не такой как все. «Папаша» Уильямс поставил мне шизофрению. Он просто превратил меня к куклу, которой можно управлять, пичкая меня препаратами. Мне чертовки повезло слезть с этой хуйни, а потом я свалил отсюда, надеялся устроить свою жизнь. Закончил еле как сраный колледж, но потом меня никто не брал на работу, потому что все считали никчёмным шизиком, ничтожеством, отбросом!
— Соглашусь, это пиздец, — голос Александра сломался, наполнился искренним ужасом, — Давай просто поговорим? Расскажи мне всё. Я же ничего не знаю! Мы привлечём их к ответственности, добьёмся справедливости. Бен, ещё не поздно наверстать упущенное, — он делал шаг вперёд, руки его были раскрыты в жесте, полном отчаянной надежды.
— Заткнись! Закрой свой поганый рот! Я ненавижу тебя!
Александр огляделся по сторонам, сердце зашлось в панике.
— Где Анна?
Бен усмехнулся, достал из кармана фонарь и резко направил луч вглубь леса. Сердце Александра упало. Привязанная к толстому стволу сосны, с полосой скотча на рту, сидела Анна. Голова её была бессильно склонена на грудь.
— Анна! – крикнул Александр и рванулся вперёд.
Но путь ему преградил ствол пистолета, холодной сталью направленный ему в грудь.
— Тц-тц-тц. Не так быстро.
— Тебе же нужен я! Отпусти её! Прошу…
— Я пока не решил, что с ней делать. Сейчас покончу с тобой…
— Какого хуя ты это делаешь?! – перебив его, закричал Александр, и вся его твёрдость мгновенно испарилась, уступив место животному ужасу, — Мне жаль тебя, Бен! Искренне жаль! Тебе нужна медицинская помощь! Позволь мне помочь тебе?
— Мне нахуй не нужна ни твоя жалость, ни твоя помощь! Я просто хочу чтобы сдох! Никто и не заметит, что я это ты. Я буду лучшей версией тебя. Обещаю, брат.
Кстати, по моим наблюдениям, — он язвительно рассмеялся, — Ты тоже не совсем в здравом уме.
— О чём ты? Я не понимаю, — глаза Александра судорожно метались между братом близнецом и Анной, — Бен! Одумайся, ещё не поздно!