- Я на стене кое-что поправила, ну, так, как я это представляю. Восстановила последовательность. Ничего не трогать.
- А Денис с вами не связывался?- спросил Евгений, закрывая квартиру.
Лиза просто покачала головой. И уже в молчании они спустились вниз. И девушка направилась к своему мотоциклу.
- Ты думаешь, спец этот привез Петровича к себе домой, и вот так сидит, нас ждет?- спросил Валера, наблюдая, как девушка усаживалась на байк.
- Не знаю, но начать с чего-то надо. У нас уже вторые сутки на исходе, а мы с места не сдвинулись, и даже в минусе.
- А если он сюда по какой-то причине вернется?- спросил Петя.
- Мысль здравая,- ответил Жека,- если все так, как я думаю, он обязательно вернется. Ему надо доделать то, что этот бедолага Толик ему не дал сделать. Что-то с затиранием этого чертового текста. Но я не оставлю здесь кого-то из вас, тем более поодиночке. Я не хочу еще кого-то потерять. Едем быстро на его жилье посмотрим, узнаем, чем вообще он дышит. А там посмотрим.
- Так, подожди, а если нет его? Мы что, вламываться будем?- спросил вдруг Валерий, уже чувствуя, что Жека был уже на какой-то грани. На той, возможно, где обычно наламывают дрова.
- У него Петрович,- медленно, но пугающе холодно, вдруг проговорил Евгений,- какие тебе еще мотивации нужны?
Восемнадцатая
Через семнадцать минут они были по необходимому адресу. Не выходя из машины осмотрелись. По номеру квартиры было неясно, на каком этаже она находилась. Да и в какую сторону окна были направлены, тоже трудно было угадать.
- Так, Валерчик, ты бегаешь хорошо.
- Понял, я здесь, у подъезда, и на стреме.
- Да, а мы с Петей в квартиру поднимемся. Сейчас вот только домофон этот из жильцов откроет кто-то.
Жека не успел договорить, как к стальной двери подошел молодой парень, все это время выгуливавший во дворе своего пса. Французский бульдог залился гулким прерывистым лаем.
- Ух, какой песик ты хороший,- проговорил Евгений, и поблагодарил парня,- спасибо, что подержал. Ты из какой квартиры?
Парень напрягся.
- А чего?- спросил он.
А Евгений достал свое удостоверение.
- Из шестидесятой.
- Сорок третья на каком этаже?
Тот на три секунды задумался.
- Четвертый, кажется.
Они вместе зашли в подъезд, и дверь закрылась за ними.
- Я по лестнице, ты на лифте,- проговорил он уже Пете.
И через секунд пятнадцать был уже у квартиры. Постучал, и, конечно же, не ответил ему никто.
- Закрыта?- спросил подоспевший Петя.
- Да,- Жека достал телефон и позвонил Валере,- квартира на четвертом. Окна, по ходу, как раз на стоянку выходят ….
Он говорил, но в трубке слышал не привычный для разговора звук. Не тот, что обычно слышен, когда собеседник держит телефон у уха, и слушает. Слышен был, скорее какой-то вакуум. А потом шуршание. И снова абсолютная тишина. Тишина ничего не выдавала. Она пугала. И она словно втягивала в себя.
- Валерчик? Ты там?- осторожно спросил Жека. И тут же увидел, как резко на каблуках развернулся к нему лицом Петя.
А по губам можно было прочесть:
- Черт!
Евгений вжимал трубку в ухо, стараясь хоть что-то расслышать, и чувствовал, как в груди его начинала образовываться еще одна, новая пустота. Одна появилась, когда он телефон Петровича на полу нашел. Но эта уже казалось, была большей. К ней примешивалось чувство собственной никчемности. Противник, кем бы он ни был. Опережал их на несколько ходов. Расставлял их по углам, словно детей.
Петя уже собрался, было мчаться вниз, на помощь напарнику и другу, но тут в трубке снова что-то захрипело, и раздались приглушенные слова:
- Он идет к вам.
И Евгений выдохнул. А в висках застучала кровь.
- Тебя не заметил?
- Шутишь? Он в меня плечом врезался. Не знаю, или чудом не узнал, или он под дурью какой-то. Я даже не понял, откуда он появился. Все, ждите. Я за ним в подъезд.
Валерий проследил, как человек подошел к двери, открыл ее в сопровождении обычного пищащего звука. И увидел, как у него из кармана выпала какая-то бумажка. Маленькая, но упав на асфальт, она тут же принялась разворачиваться. Будто пытаясь принять ту форму, которая ей была привычной.
Спокойно, с грацией хищного зверя, Валера подбежал к двери, и, решая дождаться, чтобы доводчик едва-едва захлопнул ее. Он не хотел, чтобы преследуемый им человек мог бы заподозрить что-то, он собирался в самый последний момент просунуть в щель руку. Но глянул на игравшую на сквозняке, оброненную бумажку. И залип, в попытке, и в желании, рассмотреть, прочитать, исследовать, что было в ней. Все остальное даже ушло на второй план.