Рука Пети понеслась вслед за рукой спеца, закрепила контакт, и потянула на себя. Она тут же сорвалась, но спец на миг потерял собственную инерцию. Его тело это маленькое мгновение справлялось с инерцией новой, той, что придал ему этот мимолетный сорвавшийся хват. И Пете этого хватило. Он всей своей массой ударил ладонью противника в грудь. Сильно ударил, был слышен звук свиста вылетевшего воздуха из его легких. И тот, приняв все усилие удара, отлетел назад. В глубину квартиры.
А она была темной. До черта темной. Петя видел блики, что отсвечивало тело, пытавшееся сохранить равновесие. И решил такой возможности ему не давать. Он выпрямился во весь свой рост и решил одним прыжком на противника опуститься. Сверху, от самого потолка. Поднятые руки уже направились резким движением вниз, но запутались в чем-то. В какой-то стеклянной паутине. От шока не получилось понять, что это было.
Люстра. Вспыхнуло понимание. Запутался в чертовой люстре! Но уже в этот же момент все это стекло вперемежку с пылью ударило ему в лицо, рассекая и царапая на множество ссадин. И Петя отступил. Он уперся во что-то своей пятой точкой. Сообразил, что это была какая-то полка. Рука скользнула назад, и в ней тут же оказался какой-то увесистый предмет. Он швырнул его вперед. И по глухому удару и тут же прозвучавшем мычании, понял, что бросок достиг цели. Воодушевившись, он пошарил снова. И опять удача. Нечто снова оказалось в руке. И опять бросок. Но в этот раз вместо приятного уху стона был звук битого стекла. Глухой удар и плеск. В ноги ударила какая-то жидкость. Не холодная, и не слишком теплая. Звук хлюпающих шагов.
По глазам ударил свет. И свет этот проявил все, что творилось, все, что происходило. Весь пол был залит водой. В стороне, справа, в разлитой луже прыгало что-то живое. Черт, рыбки. Разбили аквариум. Он был достаточно большим, и мгновенно расстался с водой.
Свет включил Валера. Он быстро двигался в сторону окна. А там, уже с той стороны, торчали голова спеца и плечи. Только что торчали и тут же исчезли.
- Он спрыгнул?- выкрикнул Петя.
Но Валера не ответил. Он выглянул за окно.
- Черт!
Вернулся в квартиру. Глазами поискал что-то. Схватил вазу, и снова вынырнул за окно. И с размаху швырнул вниз. Спец сползал, перехватывался за какие-то, будто только ему известные выступы в стене. И был уже на уровне второго этажа. Валерий вазой попал ему по правой руке. Она сорвалась, но он удержался на левой. Но правая тут же вернулась на место. А спец ловко перемещаясь, соскочил ниже и исчез.
- Черт,- снова выкрикнул Валера,- свалил!
В квартиру зашел Жека. Над правым глазом виднелось рассечение. Плохо виднелось, мешала размазанная кровь. Она скрывала и припухший синяк. Он прошел на кухню. Достал из холодильника пачку замороженных овощей, и с кряхтением приложил к ударенному месту.
Петя все еще отходил от драки. Он даже пока еще не осознавал, что даже видит, как по его носу, по щекам медленно сочится кровь из порезов, оставленными стеклом люстры. Он подобно великану стоял посреди комнаты, все еще готовый вступить в бой, продолжать сражаться. Только в голове эхом звучали слова: черт, свалил. И до него доходило, что сражаться уже не с кем.
А Валера, отвернувшись от окна, собрался, было бежать, догонять.
- Стой,- прохрипел Жека,- не успеешь. У него тут пути отступления, как у Бонда, будь он неладен.
Евгений, перекладывая пакет новым, мерзлым местом к своему глазу, попробовал осмотреться.
- Давайте посмотрим, что тут у нас. Чел, явно нечистый. Иначе, чего дергался бы так,- он вздохнул, снова пакет перехватил,- сейчас пришлем сюда рабочую группу, чтоб осмотрели все. А мы в больницу, к напарнику. Раз напарник, может, знает, какие у этого спеца еще точки имеются.
Он говорил, смотрел, как Петя взял какую-то банку, зачерпнул остатки воды из аквариума, и принялся собирать плескавшихся по полу рыбок, и выпускать в нее.
Девятнадцатая
Дежурная медсестра по виду Евгения решила, что он пришел за медицинской помощью. И за это решение ее сложно было винить. Старший следователь именно так и выглядел. Ему пришлось удостоверение достать, чтобы она переключила свое внимание с его личной персоны на нечто иное, на более абстрактное. А ей и правду сказать, переключиться было сложно. Она смотрела на то, как он пускай уверенно, но все же дрожавшей рукой держал свое удостоверение. И так же уверенно заливал ее стол кровью.
- Мужчина, вы глаз так потерять можете. Вы даже не в курсе, а может у вас там перелом лобной кости. У вас надбровная дуга разбита.