Двадцать шестая
Евгений так, наверное, с минуту простоял в каком-то пространном размышлении. Мысли хаотично скакали с одной, только что пережитой им сцены, на другую. Он только что убил человека. Пытался понять, имел ли для этого достаточно оснований. А если и имел, сделал ли все то достаточное, чтобы это предотвратить? Но мысли тут же возвращались к той фигуре, покрытой слоем дыма. Та фигура была всему виной. Она отдавала всему, творящемуся здесь приказы. И, порази все здесь громом, и Жеку в том числе, если даже теперь эта фигура только этой самой, покрытой мраком фигурой и оставалась. Даже после того, как он дознался имя ее хозяина. Ее, только ее надо было убивать. А он не смог. Не получилось. Об этом размышлял Евгений.
- Евгений Алексеевич,- окликнул его Петя,- хотел сказать, спасибо. Если бы не ….
- Да, какие там, спасибо,- ответил Жека, и развернулся к Рябчуку лицом,- ты как? Кости целы?
- Да. Вроде да.
- А где Петрович?
- Да вон он, на крыльце сидит. Уже все норм. Эти психи его чуть заживо не сожгли. Насилу разогнал, чтоб высадить дверь. В воздух несколько раз пришлось стрелять.
- А что вообще творится?- к Жеке стала возвращаться способность мыслить. Удар по голове и последствия шока вдруг ушли на задний план.
- Я, это, сейчас все расскажу, попробую вернее. Здесь еще ситуация, Евгений Алексеевич,- и Петя глянул на начальника взглядом полного отчаяния и какой-то мольбы, в котором Жека тут же недоброе считал,- Лиза, она несколько минут назад, пока я там дверь эту долбанную выбивал, сообщение мне прислала.
- Не тяни уже!- резко, чему и сам удивился, выкрикнул Жека. Эта девушка его уже и волновала, и бесила одновременно.
- Она в квартире и с ней какой-то тип, который типа должен сообщить что-то о Денисе.
- Черт возьми, ее, Лиза!- снова ругнулся Жека,- что за тип?
Петя пожал плечами.
- Я не знаю, но я скинул адрес квартиры и ее телефон другу своему из центрального. Того, кто с нами инфой делился. Попросил туда слетать. Я же ничем за эти чертовы пятнадцать километров от города и не могу ей помочь!
- Молодец, Петя, ты правильно все сделал, сообразил. Сейчас патруль туда еще отправим,- ответил Жека, и снова огляделся по окружавшему их бедламу.
Двадцать седьмая
Валерий ждал заказчика оффшорного траста, и в своем ожидании гадал, кто бы это мог прийти. Сам сочинитель? Думалось, что это вряд ли. Слишком просто бы это выглядело, как для них, полицейских, так и для самого этого сочинителя. Какое-нибудь доверенное лицо? Возможно. Или заказчик всего этого спектакля? Верховный кукловод?
Валерий раздумывал, сетовал, что находится здесь в уютном офисе с чашкой кофе, а не с парнями в настоящей гуще событий. Потом стал сетовать, что сидит здесь один, без Жеки, и ему не с кем разделить свои мысли. Ведь, отчего-то он подспудно представлял, что, возможно, появлению ожидаемой личности будет удивлен. И именно в этом, последнем предположении он не ошибся. Он оказался удивлен. Но вот чтоб настолько?
В приемную фирмы «Максимус» зашел генерал. Одет он был по гражданке. Но это лицо не смог бы спутать ни один полицейский, ни с чьим другим. И по обыкновению, Валера подскочил, и вытянулся.
- Товарищ генерал.
Гость, и он же, возможный заказчик, вряд ли доверенное лицо, посмотрел на него, огляделся по сторонам, осмотрел сотрудников фирмы.
- Оставьте нас,- тихо и коротко отрезал он.
Сотрудники переглянулись, и вышли.
Генерал мельком глянул на своего подчиненного, которого, скорее всего и не знал, и не помнил, хотя точно и несомненно видел его не один раз. Он его просто каким-то чутьем учуял сразу же, как только вошел, еще до того, как тот вскочил. По виду считал, что ли, что перед ним был полицейский. И не простой. Скорее всего, следователь. Так же вычисляют легашей и преступники.
- Оружие при тебе?- ровным голосом спросил генерал.
Валерий замешкался, но кивнул.
- Так точно.
- Дай сюда.
Валерий снова замялся.
- Оружие мое табельное.
- Знаю, что не у барыги купил,- отрезал генерал, и протянул руку,- мне надо проверить кое-что.
Он выхватил оружие и, не раздумывая уткнул ствол себе в подбородок и надавил на спусковой крючок.
Двадцать восьмая
Пока Лиза поднималась по ступенькам к этой, даже уже по ее разумению, ставшей проклятой квартире, она не на шутку испугалась. Это случилось с ней, пожалуй, впервые за последние дни. Да, черт возьми, она даже не помнила, чтобы ей становилось настолько страшно когда-либо до этого. До сих пор она испытывала чувство только крадущейся опасности, и, конечно же, ощущение драйва, и щекотку адреналина. Она переживала за Дениса, хотела ему помочь. И нечто в глубине ее сознания будто бы знало некую тайну, позволявшую ей это сделать. Она знала больше всех других. А это понимание уже кружило голову и толкало ее к действиям.