Я влюблен в Ваши гордые польские руки В эту кровь голубых королей В эту бледность лица, до восторга, до муки Обожженного песней моей
Разве можно забыть эти детские плечи Этот горький заплаканный рот И акцент Вашей странной изысканной речи И ресниц утомленных полет?
А крылатые брови? А лоб Беатриче? А весну в повороте лица? О как трудно любить в этом мире приличий О как больно любить без конца
И бледнеть, и терпеть, и не сметь увлекаться И зажав свое сердце в руке Осторожно уйти, навсегда отказаться И еще улыбаясь в тоске
Не могу, не хочу, наконец - не желаю! И приветствуя радостный плен Я со сцены Вам сердце как мячик бросаю Ну, ловите, принцесса Ирэн!
- Зеркало Баргельда (инструментал)
- Утро В Сосновом Бору (инструментал)
- Капитан Воронин встречает гигантского муравья (инструментал)
- Стрепетарх (инструментал)
- Флейты Дома Анакреонтова (инструментал)
- Наташа Ростова Плюс (инструментал)
- Жизнь, Смерть И Другие Удивительные Деяния Великого Анахорета (инструментал)
- Мое Детство В Кислой Избе (инструментал)
- Большой Стрепетарх Выходит На Охоту (инструментал)
- Лошадь, Как Твое Имя? (инструментал)
- Гимн Московскому Метрополитену (инструментал)
- Белая Береза Снова На Коне (инструментал)
- Восход На Острове Яблок (инструментал)
- М (инструментал)
- Я Не Хотел Бы Быть Тобой В Тот День
Ты неизбежна, словно риф в реке, Ты повергаешь всех во прах; Вожжа небес в твоей руке, Власть пустоты - в губах; И, раз увидевший тебя, уж не поднимется с колен, Ты утонченна, словно Пруст, и грациозна, как олень; Но будет день - и ты забудешь, что значит "трах", Я не хотел бы быть тобой в тот день.
Люблю смотреть, как ты вершишь свой суд Верхом на цинковом ведре; Твои враги бегут, Ты Бонапарт в своем дворе; Возможно, ты их просветишь, укажешь им - где ночь, где день, Возможно, ты их пощадишь, когда казнить их будет лень, Но будет день - и нищий с паперти протянет тебе пятак, Я не хотел бы быть тобой в тот день.
Слепые снайперы поют твой гимн, Пока ты спишь под их столом; Нечеловечески проста Твоя звезда Шалом. Твои орлы всегда зорки, пока едят с твоей руки; Твои колодцы глубоки, Карманы широки; Но будет день - и дети спросят тебя:
"Что значит слово "дом"? Я не хотел бы быть тобой в тот день.
- Песня No.2
Здесь темно, словно в шахте, но ушли все, кто мог что-то рыть; И когда ты выходишь, ты видишь, что это не смыть. И ты хотел бы быть вежливым, только оборвана нить; Да и что тебе делать здесь, если здесь нечего пить.
И ты гложешь лекарства, как будто твердый коньяк; И врачи, как один, утверждают, что это - голяк. И директор твоей конторы, наверно, маньяк: Он зовет в кабинет, а потом говорит тебе: "ляг".
Он слыхал, что отсутствие ветра - хорошая весть. И ты плывешь, как Ермак, но вокруг тебя ржавая жесть. И ты как мальчик с пальцем, но дыр в той плотине не счесть; Но почему ты кричишь, когда мы зовем тебя есть?
И в бронетанковом вальсе, в прозрачной дымке берез, И твой ангел-хранитель - он тоже не слишком тверез; И вы плывете вдвоем, шалея от запаха роз, Но никто не ответит, потому что не задан вопрос.
А что вино - полумера, так это ты вычислил сам, И, поистершись в постелях, с осторожностью смотришь на дам. И в суете - как священник, забывший с похмелья, где храм, Ты бываешь то там, то здесь; но ты не здесь и не там. И ты кидаешься в круг, хотя ты не веришь в их приз; И ты смотришь в небо, но видишь нависший карниз. И, считая время колодцем, ты падаешь вниз; Но если там есть сцена, то что ты споешь им на бис?
- Зачем? (А. Гуницкий)
Зачем меня ты надинамил; Неужли ты забыл о том, Как мы с тобой в помойной яме Одним делились косяком?
Зачем меня ты кинул круто, Зачем порушил мой ништяк? Теперь в пещере абсолюта Не пашет мой постылый квак.
Зачем разбил двойную Заппу, Какую, правда, не скажу; Зачем украл мой шуз из драпа? Его мне сдал месье Эржу.
Зачем ломы воткнул мне в спину И крюк вонзил в мой рыжий ус, Зачем залил мне в уши глину И тем разрушил наш союз?
- День Первый
И был день первый, и птицы взлетали из рук твоих; И ветер пах грецким орехом, Но не смел тронуть губ твоих, И полдень длился почти что тринадцатый час; И ты сказал слово, и мне показалось, Что слово было живым; И поодаль в тени Она улыбалась, как детям, глядя на нас;
И после тени домов ложились под ноги, узнав тебя, И хозяйки домов зажигали свечи, зазвав тебя; И, как иголку в компасе, тебя била дрожь от их глаз; И они сходились под твой прицел, Не зная, что видишь в них ты, Но готовые ждать, Чтобы почувствовать слово еще один раз.
Те, кто любят тебя, молчат - теперь ты стал лучше их, А твои мертвецы ждут внизу, Но едва ли ты впустишь их; И жонглеры на площади считают каждый твой час; Но никто из них не скажет тебе Того, что ты хочешь знать: Как сделать так, Чтобы увидеть ее еще один раз?
- Будь Для Меня Как Банка
Я вырос в дыму подкурки, Мне стулом была игла. На "птичках" играл я в жмурки И в прятки с police играл.
Детство прошло в Сайгоне, Я жил, никого не любя. Была моя жизнь в обломе, Пока я не встретил тебя. Будь для меня как банка, Замени мне косяк. Мне будет с тобою сладко, Мне будет с тобой ништяк.
Я знаю одно местечко, Где можно продать травы. Куплю я тебе колечко, И с тобой обвенчаемся мы.
Продам я иглу и колеса, На свадьбу куплю тебе шуз. Мы скинем по тену с носа, Чтоб счастлив был наш союз. Будь для меня как банка, Замени мне косяк. Мне будет с тобою сладко, Мне будет с тобой ништяк.
- Сельские Лeди и Джентельмены
Пограничный Господь стучится мне в дверь, Звеня бороды своей льдом. Он пьет мой портвейн и смеется, Так делал бы я; А потом, словно дьявол с серебряным ртом, Он диктует строку за строкой, И когда мне становится страшно писать, Говорит, что строка моя;
Он похож на меня, как две капли воды, Нас путают, глядя в лицо. Разве только на мне есть кольцо, А он без колец, И обо мне часто пишут в газетах теперь, Но порой я кажусь святым; А он выглядит бесом, хотя он Господь, Но нас ждет один конец;
Так как есть две земли, и у них никогда Не бывает общих границ, И узнавший путь Кому-то обязан молчать. Так что в лучших книгах всегда нет имен, А в лучших картинах - лиц, Чтобы сельские леди и джентльмены Продолжали свой утренний чай.
Та, кого я считаю своей женой Дай ей, Господи, лучших дней, Для нее он страшнее чумы, Таков уж наш брак. Но ее сестра за зеркальным стеклом С него не спускает глаз, И я знаю, что если бы я был не здесь, Дело было б совсем не так;
Да, я знаю, что было бы, будь он как я, Но я человек, у меня есть семья, А он - Господь, он глядит сквозь нее, И он глядит сквозь меня;
Так как есть две земли, и у них никогда Не бывает общих границ, И узнавший путь Кому-то обязан молчать. Так что в лучших книгах всегда нет имен, А в лучших картинах - лиц, Чтобы сельские леди и джентльмены
Подолжали свой утренний чай.
- Трачу Свое Время
Трачу свое время; Трачу свой последний день. Но что мне делать еще, Ведь я люблю тебя;
Твой ангел седлает слепых коней У твоего крыльца, И ради него ты готова на все, Но ты не помнишь его лица. А он так юн и прекрасен собой, Что это похоже на сон; И ваши цепи как колокола, Но сладок их звон.
Трачу свое время; Трачу свой последний день. Но что мне делать еще, Ведь я люблю тебя;
А мальчики в коже ловят свой кайф, И девочки смотрят им вслед. И странные птицы над ними кружат, Названья которым нет. И я надеюсь, что этот пожар Выжжет твой дом дотла, И на прощанье я подставлю лицо Куску твоего стекла.
Трачу свое время; Трачу свой последний день. Но что мне делать еще, Ведь я люблю тебя.
- Мне Хотелось Бы Видеть Тебя
Мне хотелось бы видеть тебя; Видеть тебя. По старинному праву котов при дворе Мне хотелось бы видеть тебя.
У кого-то есть право забыть про тебя, У кого-то есть право не пить за тебя. Но, прости, я не верю в такие права; Мне хотелось бы видеть тебя.
Я бы мог написать тебе новую роль, Но для этого мне слишком мил твой король. И потом - я устал быть скотом; Но мне хотелось бы видеть тебя.
Я смотрю на гравюры старинных дворцов; Королева, Вы опустили лицо, Но я надеюсь, Вы смотрите на короля... А мне хотелось бы видеть тебя.