- Две замечательные дамы, которые заботятся о моей душе и теле, - тепло произнес он, благодарно глядя им в глаза. Но обычно лучезарное лицо Танюши было хмурым, ее что-то беспокоило.
- Что-то случилось?
- Я попросила прийти Ингу, чтобы сообщить вам кое-что, - сказала Танюша. - У вас установилась хорошая связь, поэтому вам будет легче перенести то, что я вам скажу.
- А что случилось? - Артем продолжал слегка улыбаться, переводя взгляд то на врача, то на Ингу.
- Это насчет вашей дочери, Артем Леонидович, - сказала Танюша. Она выдержала паузу и со вздохом продолжила: - Она попала в аварию и находится в очень тяжелом состоянии. Вас доставили сюда в один день, но здесь нет нужного оборудования и специалистов, поэтому ее отправили в областной центр.
Его накрыло шквалом отчаяния. Лена… Лена… Женя… Если и Лены не станет… Я не переживу этого.
- Они боялись за вас, - сказала Инга, взглянув на врача. - Все боялись — ваши коллеги, друг, врачи, поэтому не говорили.
- Вы знали с самого начала? - произнес он, сглотнув несуществующий комок в горле.
И врач, и Инга кивнули в ответ.
- Как она? Я хочу к ней. - Артем поднялся.
- Ее состояние по-прежнему нестабильное, врачи делают все возможное, чтобы сохранить ей жизнь.
- Я поеду к ней, - сказал Артем, пытаясь снять повязки.
Танюша покачала головой.
- Это исключено. Вы нас под монастырь подведете.
Он ничего не ответил. Он был раздавлен. Он бессильно сел на кровать. Из глаз потекли слезы. Инга села рядом, прижала к себе.
- Спасибо, - произнес он и заплакал еще сильнее.
Она не ответила. И он был ей благодарен: она была просто рядом. Просто делит с ним его боль. Просто любит.
ЭПИЛОГ
Инга помахала рукой на прощание Артему, глядевшему из окна ей вслед, в последний раз и завернула за корпус следующего больничного блока. Под ногами поскрипывал снег, на губах ее была торжествующая улыбка. Всё получилось! Были моменты, когда она сомневалась, выйдет, но нет… Теперь он — мой, только мой! Дочка уже не жилец.
Она вышла из ворот и пошла к стоянке маршрутного такси. Инга мечтательно вздохнула. Ее переполняли образы новой счастливой жизни с Артемом, одна прекраснее другой. Ее Артемом. Как такой идиотке, как Женя, достался такой мужчина, как Артем?! Вспомнился тот день, когда она пришла со своей тошнотворной прической. Ингу передернуло. Ну не дура ли?! Теперь она в могиле, а я с Артемом. Скоро ее дочке тоже конец — от старой жизни у Артема не должно остаться ничего.
Сделать так, чтобы он сам захотел купить телефон. Быть рядом в трудную минуту, быть чуткой… Как все верно она рассчитала! И вот, награда. Инге, казалось, что она сейчас воспарит в небеса от счастья.
На остановке было человек десять. Она встала чуть поодаль от двух хмурых, скучающих типов и женщины. Подъехало маршрутное такси — корейская «буханка» лилового цвета. Изнутри первым вынырнул детина с бандитским лицом, и проходя мимо, задел Ингу.
- У вас звонит, - сказал один из стоявших, интеллигентного вида, очкарик, и скрылся в утробе маршрутки.
Инга, до этого погруженная в сладостные видения, достала сотовый, который и правда вибрировал в сумочке, приложила к уху.
- Так вы едете? - донесся нетерпеливый мужской голос изнутри такси.
- Еду, - ответила она и с телефоном у уха забралась внутрь. Уселась в одно из двух свободных мест сзади.
- Алло, - произнесла она.
Договор нарушен
Жуткий, вкрадчивый голос доносился словно из могилы. Пульс Инги участился.
- Ты получишь то, что хочешь. Очень скоро.
Сосуд разрушен
Инга чуть не выронила мобильник. Телефон. Неужели Артем сломал его? Это плохо, очень плохо.
- Что мне делать?
Пора умирать
- Нет, нет, нет. Ее скоро не станет.
Две женские души
- Ты скоро получишь ее! - крикнула она.
- Можно потише? - раздалось рядом.
Инга почувствовала боль в голове и попыталась оторвать телефон от уха, но тот словно присосался и тянул из нее жизнь. Она задергалась на месте, потом закричала. Кто-то в маршрутке схватил ее, она же билась все сильнее и сильнее, забывая от неописуемой боли кто она и где.
Маршрутка остановилась. Ее пытались вытащить, был слышен чей-то мат. Но остатки ее сознания были поглощены совсем не этим: с ненавистью она глядела на ту, кто, как она думала, навеки сгинула в стране теней. На нее с гневом и грустью смотрела Женя.
- Она выживет, - послышался ее голос.
- Ненавижу! - раздался предсмертный хрип Инги, осознавшей свое поражение — Лена не умрет. А договор о двух женских душах будет исполнен.
В следующий миг все потускнело, а потом и угасло вовсе. Последнее, что видела Инга перед смертью — лицо Жени, грустное и торжествующее одновременно…