«Однажды я зашел к Валентину, застал его лежащим в кровати. В обычное время он уже на ногах и возится в сарае. «Садись» -говорит. «Будешь теперь моими руками» - засмеялся. «А плата будет потом, ох какая богатая, увидишь». «Об чем речь, Валентин, я и так помогу, что надо».
«Село наше хорошее, только вот люди не очень, да они и везде… Ну, за исключением…».
Он как-то помахал рукой в воздухе. «Доложил кто-то куда надо про мою работу с немцами и за мной пришли ночью. Они же как упыри - ночью приходили. О моей настоящей «работе» никто не знал, в общем, забрали меня. Как ни странно, не обыскивали дом, дали закрыть, а всякую живность соседи разобрали, да ее и немного было. Может, забрал и тот, кто доложил. Просидел я долго в городской тюрьме. Потом- суд, этап. Это тебе неинтересно, вон сколько уже написано про это. Бить не били, ничего не скажу, и в лагерь попал с нормальным начальством.
21
Но позже я узнал, что всеми этими «привилегиями» я обязан своему давнему другу по университету. Я его давно не видел, пути наши разошлись. Оказалось, что он сделал карьеру в органах. Потом я стал понимать, что хоть кто-то толковый должен же быть у НИХ. Тем более, он занимался какими-то заграничными делами, с языками у него всегда было хорошо. Случайно он увидел мою фамилию в списках и сделал все, чтобы вышло мне послабление , если не в географических широтах и климате, то хотя бы в лагерном режиме. Говорят, что приезжал он сюда и в архивах рылся. Про архивы это я потом выяснил.
Хотел я его поблагодарить, но следы его оборвались, они многие потом тоже попали под раздачу, да и возраст такой… Сидел я нестрого, меня сразу к делу приставили: то в больничку, то «козлик» начальника чинил. Сделал я ему подогрев масла в машине, климат там суровый все же был, заводился «козлик» затем вполоборота. Похвастался он на районном совещании, и зря. Забрали меня в город, к более высокому начальству. Ну какой это город… Посреди тайги сотня деревянных домов. Школа, клуб, баня. Срок мой подходил к концу, бежать я и не помышлял, да и чувствовали людей эти лагерные начальники, благо опыт был: кто сорвется в бега, а кто лямку дотянет. Поселили они меня к себе поближе, дали мастерскую в местной школе.
Чинил им все: и приемники, и машины, и даже вазы трофейные фарфоровые клеил. Смешной случай был: принес мне ординарец полковника, главного по этому краю, вазу дивную, с ручкой отлетевшей. Подклеил я. Ну и не стал его разочаровывать, говорить, что ваза эта чудная – суть горшок ночной. Пусть стоит у них за стеклом в серванте, только глаз радует. К слову, места там были богатые, не сравнить с нашими, не обижайся. Срок вышел, возвращаться мне было не к кому, да и не зачем, я и остался.
22
Меня взяли в школу преподавать, полковник этот поспособствовал. Преподавал я почти все: литературу, математику, физику. Язык немецкий, хоть дети не любили его: у них много на фронте полегло. Вот только физкультуру не мог, никогда не любил бессмысленные телодвижения, да и крепкие ребята там были. Сибиряки, одним словом. В свободное время, а его много было, ходил я в лес, травы собирал. Их было столько видов, что я иногда опасался некоторые брать: мало ли , отрава какая. Ходил с опаской, далеко не заходил. Были там и медведи,и волки . Видел однажды вдалеке рысь. Ружье то у меня было, местные показали как пользоваться, но я никогда так и не попробовал из него по зверью стрелять. Ты же знаешь : я зверушек жалею, да сколько мне там надо. А ружье так, для самоуспокоения. Коллектив в школе у нас был хороший, бОльшая часть таких как я, заброшенных не по своей воле в эти края, да так и осевших здесь. Особенно сдружился я с учителем физики, Олегом Викторовичем, из ленинградцев. Время было нехорошее, и много мы друг другу не рассказывали. Так, общие фразы.
Иногда мы с ним немного выпивали и бродили по окрестностям. Я всегда пил мало, да и не очень хотел, но там, в Сибири, этого бы не поняли. Не юга все-таки. Да, так вот, однажды он увидел, что часть своего собранного урожая трав я выбрасываю.
«А зачем ты так с гербарием своим?» - спросил он.
« Не знаю я их, может ядовитые» - ответил я.
«Слушай, Валентин, здесь же живет в тайге травник знаменитый на всю округу, неужели не слышал ? Он еще с царских времен, такой старый, что я подумал, не декабрист ли случайно?» - засмеялся,-«Ты бы поучился у него, лишние знания в нашей жизни не помешают. А вдруг опять…» Замолчал. Слышал я, что его два раза забирали.