- А что конкретно они спрашивали? Если ли кто дома ещё? Не замечала ли кого подозрительного? Каким-нибудь законом угрожали за сокрытие преступников?
- Во-во, вот это и говорили! ... И куда ты вообще собрался? Тебе ещё день-два точно лучше не вставать с постели, даже твой организм с такими ранениями с трудом справляется!!
На том наша сиюминутная перепалка прекратилась. Я принял горизонтальное положение, девушка сделала очередную перевязку, жалуясь на мою беспечность, а после ушла на работу, наказав никуда не высовываться.
Послушал бы я её, не будь всё так хреново? Вопрос риторический. Но, поскольку, моё состояние даже после мед помощи обещало желать лучшего, пришлось подчиниться. Очень не нравилось, что полиция уже вышла на мой след, это означало лишь то, что дальше будет только хуже. Наверняка прошерстили камеры и нашли дом, в сторону которого я направлялся. А дальше лишь вопрос времени, когда вместо вежливых постукиваний и соц. опросов пойдёт в ход тяжелая артиллерия с обыском и проникновением.
К счастью вопрос «что делать» на повестке дня не стоял, я уже примерно понимал, что именно. Валить отсюда надо, потом где-нибудь переждать и затихариться. Не будут они на протяжении нескольких лет устраивать подобные акции? Тогда денег в бюджете точно ни на что не хватит…
Что же касается вопроса «когда», то тут он тоже не стоял. Соня сказала про день-два, а значит этой ночью меня уже здесь не будет. Понятное дело, за пол дня даже во сне особо восстановиться, но как-нибудь справимся. Другое лежбище я так или иначе себе найду, ну а под покровом ночи мой побег лишь вопрос времени.
В идеале вообще слинять до возвращения девушки, чтобы она точно осталась не при делах, но я так не могу. Череда убийств и более ужасных вещей порождают у человека сопротивление именно к этим моментам, а не ко всему человеческому. Не могу я просто взять и уйти, не попрощавшись с этой ненормальной. И дело тут даже не том, как именно она себя после такого почувствует, а в самом себе. За всё в этой жизни нужно платить, особенно когда речь идёт о долгах, нажитых на чужой добродетели…
Весь последующий день посвятил сну, с перерывами на поглощение всей той снасти, которую девушка для меня наготовила. Без затей признаюсь, что втоптал пол холодильника, но в свою защиту можно сказать, что как минимум деньгами её дырки в бюджете я перекрыл точно. Тут не докопаешься.
Если же возвращаться к самому моменту побега, то, как и хотел, девушка всё услышала от меня лично. Её сопротивление на почве моей нездоровости быстро парировались, так что поставить девушку перед фактом получилось без труда. Как я и предполагал, она была готова к тому, что я у неё буду жить до победного, но такого мне было не надо. Лишь напоследок уточнил то, что для моей совести было нужно, ну а дальше отчалил наружу.
- …Это вопрос уже решённый… Лучше скажи, чем я могу быть тебе полезен и закончим на этом.
- О чём ты?
- ..Мм, не так начал. Можешь рассказать, какая твоя мечта? Если, конечно, это не большой секрет…
- Не секрет. У меня мама болеет раком. Неоперабельна, слишком много мелких опухолей. Какая моя мечта? Разумеется, чтобы она была здорова! Но ты то тут что можешь сделать? Ей уже никто ничем не поможет, разве что отсрочит неизбежное…
- Скажем так, просто такова моя прихоть. Можешь рассказать про её рак подробней?
Было ли моё желание чересчур надменным или же я просто поверил в свои собственные силы – не знаю. Знаю лишь то, что как только у меня представится подобная возможность, я брошу все свои ресурсы, чтобы сдержать обещание. Пускай девушка в меня не верит, пускай сама ситуация говорит о том, что это невозможно, кто сказал, что нельзя попытаться? Телекинез тоже был до недавнего времени лишь мифом, а что теперь? Говорил и не прекращу говорить, что надежда – это не лучшее оружие против обстоятельств. Но разве я хоть словом обмолвился, что мои попытки будут изначально тщетны? То-то же… то-то же…
***
Ситуацию на улице можно было охарактеризовать одним простым словом – жопа. Не знаю, объявили ли из-за одного мамкина террориста самое настоящее военное положение, или же я чего-то не понимаю, но факты говорили сами за себя. Если после похищения майора из участка полиция натуральным образом встрепенулась, увеличив количество патрулей втрое, то здесь, в Москве, органы работали на износ, погружая город в хаос.