— Ну, и как мне узнать, к какой школе Магии относится моя прана? — задал я наиболее важный сейчас вопрос.
— Кхм, — кашлянул старик и неожиданно удивил: — а к какой бы школе ты хотел относиться?
— У меня есть выбор? — почему-то развеселился я.
— Есть, — с самым серьезным видом подтвердил он, после чего продолжил: — Академия существует несколько десятков столетий и в этих стенах проходили инициацию тысячи одаренных начальных поколений. Среди них попадались и такие как ты, не имеющие отношения ни к одной из существующих школ.
— Может быть я все-таки принадлежу к какой-нибудь школе Магии, пусть не и не по отцовской линии? — ухватился я за слабую «надежду».
— Еще на испытании, все участники приемной комиссии обратили внимание на оттенок цвета твоей праны, — качнувшись вперед назад на кресле-качалке, сказал старик: — такого прозрачного оттенка нет ни у одной школы, а в книгах четко описывается, что такое возможно только у «чистых», то есть еще не принадлежащих ни к одной из школ Магии одаренных!
— И что? Как следует поступать в таких случаях? — я аж подался вперед, от переполняющего меня внимания.
— Как только «чистый» одаренный активирует свой первый рабочий конструкт, его дар неуловимо менялся и маг обретет единение с той школой, к которой принадлежал этот самый конструкт, — улыбнулся Прокопий.
— Так просто? — удивился я.
— Так сложно, — не согласился со мной библиотекарь.
— А? Э..? О-о-о! — не успев возразить, до меня дошло.
Находясь сейчас именно в такой ситуации, когда передо мной стоял выбор, я подумал о том, что у меня есть всего лишь одна попытка, после которой поколения моих детей будут вынуждены использовать выбранную мной школу Магии.
— Хм, удивительно, но ты действительно понял, — наблюдая за мной, удовлетворенно кивнул старик.
— Мне наверное пора, — вспомнив о времени, я засобирался уйти.
— Позволь дать тебе совет, — дождавшись, пока я встану с кресла, Прокопий вынудил меня остановиться: — выбирая к какой школе Магии примкнуть, не забывай о меркантильном интересе. За обучение в Магической Башне, Академия обяжет тебя заключить договор, по которому ты будешь долго, очень долго трудиться, отрабатывая свой долг.
— Понятно, — «придавленный» еще одной проблемой, я сник, после чего на ум пришел требующий ответа вопрос: — а что если я выберу не биомагию? Не вызовет ли это ненужных вопросов?
— Информации о принадлежности твоей матери к какой-либо из школ нет, — напомнил мне Прокопий: — так что всегда сможешь сказать, что это ее «наследство».
— Почему вы мне помогаете? — наконец-то дошло до меня самое главное: — вы были другом моего отца?
— Нет, я был одним из тех, кто настаивал на лишении Клауса способности использовать прану, — осклабился старик: — я голосовал за блокировку его дара!
— Тем более, почему? — чуть ли не отшатнувшись от проявленной экспрессии, вопросил я.
— Правда не понимаешь? — изогнул в вопросе свою бровь старик.
— Ну, э… — протянул я.
— Иди, твои друзья уже наверное тебя заждались, — не став настаивать на ответе, Прокопий шевельнул рукой, указывая на выход.
Покидая библиотеку, я сам себе начал задавать неудобные вопросы. Что бы я сделал, если бы прямо сейчас встретил своего отца? Чтобы я ему сказал? О чем спросил? Ударил бы его в лицо за годы одиночества и унижения, испытанные моей матерью с ребенком на руках в незнакомом городе? Проклял бы за то, что он послужил причиной полной блокировки ее дара? Во сколько оценил бы я отсутствие у себя элементарных знаний о Магии?
Глава 9
Моего затянувшегося отсутствия никто не заметил. Сразу же после посещения библиотеки, студенты направлялись на второй этаж. Расположенные там помещения делились на индивидуальные и общие учебные классы. Сегодня занятия шли в общих классах, разбившись на группы по практикуемым школам Магии, студенты присутствовали на вводном уроке. Так как мои товарищи были энергомагами, мое отсутствие среди них оказалось очевидным и никто не спросил, где я был все это время, встретившись в обеденной зале на ужине.
— У кого какие планы? — обведя всех присутствовавших за столом взглядом, спросила Лиза.
— Мне в город надо, на почту, обещал написать маме о том как добрался и как устроился, — разговор с библиотекарем не остался бесследным и весь ужин я думал о своей семье.