Родители посмотрели, как губы дочери скрылись в губах Димы. Выпили.
— И что? — Папа.
— Что, что, пап? — Юля.
— Когда какашки будем нюхать?
— Да, молодые люди, когда? Нам с отцом уже под пятьдесят. Некоторые мои подруги уже в школу водят внуков.
«Дим?!»
«Через девять месяцев!»
— Вот на Мальдивах и будем стараться. А ты мамочка не забыла, как пеленать, купать малышей. Я ведь вообще не касалась их. Даже подружек, рожавших нет.
— Как ты знаешь, мы с отцом детдомовские. Нас вообще некому было поддержать. Ни чо, вон тебя какую раскрасавицу вырастили. Отец! У тебя руки отсохли…? Наливай.
Так, переходя с весёлого на грустное, с грустного на глобальное, с него на пустяки засиделись до темноты. Спать легли уже за полночь.
«Дим, я все-таки волнуюсь за маму. У тебя мама этим же болела?»
«Да, родная.»
«Может портал поможет? Энигма, как насчёт лечения мамы?»
«Портал только советует. Совет такой. Вы и сами можете помочь маме. Папа к сожалению, не излечим».
«Папа? Он тоже болен? Чем?»
«Бесплодие и импотенция. Уже двадцать восемь лет?»
«Димка, мы с тобой шутя говорили о проблеме папы, оказалось правда.»
«Сознание берёт информацию из поля. Просто вы ещё не научились фильтровать реалии и знания из поля»
«Стоп, стоп! Как двадцать восемь лет? Может до зачатия меня?»
«Юль. У машины сердца нет. Энигма, разве так можно? Надо постепенно сообщать»
«Что сообщать, Дим?»
«Что ты не его дочь»
«Да, Юля, вы ему не родная дочь. Но любит он, как у вас говорят — больше жизни.»
«Почему он импотент? Радиация?»
«У вас есть понятие — проклят. Его дед и бабушка стали разлучниками трёх семей. Трёх любящих супружеских пар. Разрушение любви карается инфозаконами. Приговор — тупиковая ветвь. Он сам ни в чём не виноват, но приговор строг.»
«Разве бесплодия как тупик не хватило бы? Зачем ещё маму наказывать?»
«Приговор инфополя не обсуждается!»
«Бедные мои папочка, мамочка. Как мне вас жалко! А кто мой биологический отец?»
«Найденов Андрей Андреевич. Воспитанник того же детдома что и ваши родители. Всё по договоренности. Супруга Андрея поставлена в известность!»
Юля полежала на груди у любимого, складывала по «полочкам» информацию. А Дима возбуждённым членом тыкался под рёбра любимой.
«Димка, не лезь…. Тут кровать скрипучая!»
"Так пошли в бунгало на Мальдивах!»
"А вдруг они проснутся, кликнут нас…?»
"Да-а-а, трудно с вами — гуманитариями. Мы сюда вернёмся через секунду, проведя в других местах века»
"Точно! Это я никак не привыкну. А если документы спросят?»
"Исчезнем! Энигма, координаты Мальдив есть?»
"Да. В какое время?»
"Утро любого дня. Поближе к морю»
Опять резкая смена освещения ослепила глаза. Влажный морской воздух наполнил лёгкие. Прохладный песок охладил ступни. Лёгкие волны накатывали на берег, отливаясь, создавали плеск. Они огляделись. Вдалеке сидели рыбаки, принадлежность их с этого расстояния не понять, местные это люди или туристы.
— Вполне так… мы с тобой похожи на купальщиков — ты хоть в трусах, а я в ночном белье, да ещё фиолетового цвета. Ха-ха.
— Пройдёмся, поищем травянистую полянку, где я смогу натянуть свою любимую на дрын.
— Замри. — Девушка остановилась, закрыла глаза. Сконцентрировавшись на обзор местности, скоро нашла требуемое место. — Нам вон туда, сотни полторы шагов.
— Уже не стесняешься портала?
— Нутром понимаю, что глупо, психика, однако вмешивается, отвлекает. Энигма, щёлкни тумблером, успокой мою стыдливость.
«Клац!»
Бухточка глубже врезавшаяся в мягкое дно острова, изгибом скрыла путников от других наблюдателей. Там же завихряемый ветром песок был плодороден, стал хорошей почвой для трав. Мягким ковром муравы любовники остались довольны.
Снизу-вверх, изредка взмахивая длинными ресницами, глазами цвета волн, Юля смотрела на своего избранника. С этого ракурса заметно небольшое искривление носа Димы, являющееся следствием кулачных боев. С десяток шрамов от прыщей, впрочем, не портящих очарование мужского лица.
Так они постояли, разглядывая лица. На естественном, без «боевой» раскраски лице Юли, наблюдались мелкие пигментные пятна, парочка кратеров, бывших юношескими прыщами, успешно удаленных девочкой, тонкий шрамик над переносицей, оставленный Барсиком.