— Подсматривала?
— Я…? Нет. Слышно было. А на утро как с гуся вода, будто ничего и не было.
— А мужик какой-нибудь надёжный у вас есть? Не блядун.
— Я их, что сортировала что ли? У нас то больше женщин в коллективе, значит и изменниц больше. А ты чо о мужиках начал?
— Массаж сёдня? — Константин уходит от ответа.
— Ага. Надо побыстрее начать, не терпится покрыть хуище своей пиздой…, ой не терпится. Вставай.
К пляжу они поплыли морем. Костик играл в шахматы с Димой, Юля пошла помогать кухарке. На обед Роза подала несколько салатов. Запечённую в фольге рыбу, которую поймал Константин. Для застолья отдыхающие закрыли гениталии трусиками и шортами. Отказывающуюся принимать пищу совместно с гостями, Розу, Костик приказным тоном посадил возле себя. Опять выпили. За дружбу между народами, между мужчинами и женщинами, за всё хорошее. Юля с мамой потягивали слабоалкогольный местный напиток. Иваныч красное вино. А Костик с Дмитрием пили "Столичную". Обед закончили в хорошем подпитии. По крайней мере Дима и Костя.
Роза быстро покидала грязную посуду в машину, убрав несъёденные блюда в холодильник, протёрла стол. Она торопилась — пьяный господин приказал лечь, ждать его в коморке. Не смотря на опьянение, мужчина был ласков, даже подрочил её сикель. И что совсем удивило женщину пососал это маленькое подобие фалдуса. Ну, что ж поделаешь, это господин, он имеет право. Истязать, ласкать. Заставлять пить сперму, всё это позволительно господину. Мало ли что хочет раба. А она хотела жёсткой порки, удушающего траха в горло. Разрывающего анус порева. Господин так и уснул в её коморке, а она, прикрыв срам халатом, пошла убираться дальше.
Понравившийся ей мужчина разговаривал с мисс Мариной. Створка двери не прячет обнажённых русских. Видно, как мисс ласкает пенис, что-то шепчет, лёжа на седовласой груди. Утренняя беседа с мисс Юлей, дала понять, что проблема с потенцией у её отца, мистера Константина. Но почему старшая дочь ласкает член отца? Этих туристов разве поймёшь!
Роза позвонила матери. Та рассказала какие отвары готовить, как употреблять. Желая оказать услугу господам, женщина тратит несколько рупий на покупку плодов, трав, корешков. Следуя наставлениям матери приготовила отвар.
Через два часа, когда начали просыпаться уснувшие после вкусного обеда гости, она стукнулась в спальную мистера Кости. Ни Марина, ни Константин не понимали по английский. Но мужчина выпил горький отвар, так как служанка жестами показала, что это надо выпить мужчине. И даже указав на пенис подняла предплечье, дав понять, что член одеревенеет.
— А она то откуда знает? — Напиток драл горло
— Юля всё старается. Это её работа, поверь мне. Ты заметил, что Розалина мохнутку побрила и без трусов ходит.
— Думал, бельё такое. А она пиздой оказывается сверкает.
— Думаю тоже Юлька старается. Выебешь её?
— Юльку?
— Тьфу на тебя! Розу.
— Блядь! Если он встанет, я её заебу до смерти. Образно конечно. А уж тебя драть буду…. Тьфу, тьфу. Не сглазить бы.
— Не ссы, Иваныч, будет и на нашей… кровати праздник. Представляешь, утром просыпаешься, с одной стороны лежу я, с другой Роза. Обе тебе на живот положили свои ляжки и трутся мохнатками о твои бёдра. Как представлю…, аж пизда булькает. — Детдомовское прошлое наложило отпечаток на лексикон супругов, хотя на людях Марина и Константин соблюдают приличия, но оставаясь одни часто сквернословят при разговоре друг с другом.
— Бля, чо-то ссать захотелось.
— Это отвар действует. Представляешь, любимый, завтра с утра отдерёшь меня.
— Ага, ещё сегодня вечером Юля мне жопу поковыряет, так берегись, родная — ВЫЕБУ, ох и выебу. Пойду ссыкану.
— И я с тобой. Помогу подержать хуй, вдруг струя будет такая мощная.
— Помню в детстве мама, царство ей небесное, держала мой писюн и приговаривала пись-пись. Будешь моей мамочкой?
— Да, родимый, и женой, и мамочкой.
В туалете, Марина встала сзади мужа, помогая держать член смотрела через его плечо на головку, которая много лет назад пряталась под крайнюю плоть, а сейчас плоть хоть скользила по мягкому пенису, но утратила способность натянуться на венец.
— Пись-пись…. Ссы давай.