«Ну что ж. Как там дочь говорит? «Отрицательный опыт, тоже опыт!» А может она давно не ёбана, а я с ней так с бедняжечкой. Тогда так! Ещё две палки, если не понравится, больше не буду. Да и худа телом, крупна пиздой. Не всё тебе, Иваныч, Розалины, не всё. О, да там же ещё пара женщин, одна чуть полновата, но зато Людочка, как Маринка, такая же вертлявая. Как она давеча на огороде землицу под кустик лопаточкой подсыпала, а жопа то приятной окружности. О!»
— Как ты, голубушка. Довольна?
— Ой как, довольна-а-а. Сердце чуть из груди не выскочило. Пизда пердит, а я и рада.
— Я люблю ебливые истории слушать. Расскажи-ка, когда Андрюха последний раз тебя.
— Андрюха? Ты видал пузень…? У него то всегда маленький был, так сейчас ещё пузом скрыт. По молодости ещё было хорошо, а потом….
— Да-а-а. Так же как Марина мучилась при мне, так и ты при живом мужике. Бедняжка моя. Ещё разок?
— Правда, что ли…? Так он у тебя не…
— Роза и Марина сосут если хотят повтора сразу.
— Вот врёшь ведь! Ни в жизть не поверю, что баба сосёт хуй.
— А если такой ситуэйшн. — Влияние английской речи наложило свой отпечаток на лексикон Иваныча. — Ты одна на острове, рядом есть мужик, а у него встаёт только если пососёшь. Ты сколько вытерпишь?
— Вечность вытерплю, но в рот не возьму.
— Хорошо! Усложним ситуэйшн. Вы во всём мире остались одни, как Адам и Ева. Вам надо продолжить род человеческий, не то Адам умрёт, а ты будешь одна куковать вечность.
— Отстань. — Женщина даже представить себе не могла что член, болтающийся у жопы, постоянно обдуваемый газами можно просто так взять и поместить в рот.
— А я твою пизду лизал.
— Это твоё дело, я тебя не просила.
— Но хоть приятно было?
— Не скрою приятно, но сосать не буду.
— А в жопу дашь?
— Дам. — Упс. Скоротечность вопросов-ответов, запутывающий собеседник, вывели её сознание на уровень, когда она уже отвечала машинально. — Дам, но в рот не возьму.
— Значит тебя уже кто-то ёб в сраку.
— Андрюха. Гондонов тогда не было, а ебаться сам понимаешь, охота. Ну и уговорил, что типа не залечу.
— Часто?
— Не-а. Сначала раз-два в месяц, пока значит опасный период, а потом….
— Блядовала?
— С кем? Вам же всё молодух подавай…. Ну было один раз. — Алёна честно рассказала, что имела половой контакт с начальником цеха и может продолжала бы быть его любовницей, но блядь сосулька, упавшая с крыши, убила мужчину.
— Вот почему у тебя отвращение к сосанию…. Сосулька — сосать. Это как говорит Юля, подсознательное отвращение. Не бойся, сосни разок. Не понравится — честное слово больше не буду приставать.
— Иди хоть отмой его.
— Э-э-э нет, подруга, пошли сама будешь отмывать, а то потом скажешь там грязь, там сперма.
— Круглов, ты блядь, кого хочешь уговоришь. Ладно уж пошли.
Стерильности конечно Алёна не добилась, но тройное омовение пениса совершила. Там же, в душевой, стоя перед мужчиной на коленях, перекрестившись….
— … Ну вот видишь, а ты ломалась. Щас и в очко засажу.
Женщину ещё никогда не трахали два раза в течении одного часа. То, что творилось в вагине она запомнит на всю жизнь. Влагалище будто клацая пастью, сжималось и тут же раскрывалось, чтобы тут же опять клацнуть. Намёки мужчины на анальное соитие пролетели мимо ушей, так как в голове стояли сплошные взрывы фейерверков. Молчание женщины, Иваныч принял за безоговорочное согласие. По большому пальцу с каждой руки, «вскрыли абрикос». Член влетел как поезд в тоннель.
Стимуляция других окончаний вернула сознание Алёны к действительности.
«Вот блядь. Не хотела же в рот брать. Он ведь и Маринку, и Розку в жопу ебёт, а я дура не додумалась, облизала хуй…. Но вообще то он ничем не вонял, был чист как пальцы рук. Пизда устала сжиматься, а жопа нет. Дайка сикель подрочу. В этом то я мастерица…. О, там яйца бьются о жопу. Да, многое я потеряла, не дав начальнику, когда он просил. Зато здесь оторвусь. Там ещё Пашка поглядывает на нас новоприбывших. Что-то долго Костян кончить не может. Может очко сжать? О! О! О! Как сразу застонал. Так значит надо запомнить — сжимаешь очко ёбарю приятно. А-а-а-а, су-у-у-ка-а-а, как хорошо то.»
Женщина уже давно, ещё до анального контакта лежала лицом на подушке, плоскими сиськами на простыне. Мужчина упал рядом, долго хрипло дышал.
— Кость, а Маринка в жопу даёт?
— Спрашиваешь! И Роза тоже.
— Так у тебя хуй побывал в двух жопах, а ты его мне в рот. — Женщина говорила вяло, еле шевеля языком.