На свадьбе случилось неожиданное происшествие. Наташа, дочь Аглаи смотрела на молодоженов. С этого ракурса лицо внука напоминало кого-то. Она силилась вспомнить. Подсела к Раисе, пришедшей на торжество с мужчиной.
— Рай, смотрю на Сергея и не могу вспомнить кого он напоминает. Его отца?
— Нет, ма. Я тоже заметила сходство, но только не с тем мужчиной, а с тем, с первым моим парнем….
— Точно! А я голову ломаю….
— Чего вы тут пожираете моего любимого внука глазами? — Аглая заметив настырные взгляды дочери и внучки, подсела к ним.
— Да вот вспоминали кого он нам напоминает. Помнишь как я рассказывала о дефлорации Раи? Так вот — Сергей очень похож на того мужчину. И если бы не время, а прошло практически двадцать лет, я бы сказала что это Сергей.
Аглая посмеялась над ними. Отозвала Лина в сторонку и прямо спросила, получив не менее прямой ответ:
— Да, царица! Это был я…! Не гневайся…. Возможно сегодняшнего вечера не было бы. Ведь все их хотели просто обмануть. Рассчитаться по простому тарифу…. Ты ведь знаешь участь проституток, а они тоже люди, к ним нужно относиться с должным уважением…. Даша на нас смотрит. Скажем ей, что мама и бабушка высказывали свои наблюдения о красоте нашей пары.
— Никто и не сомневается в вас. Она тебе уже сказала…? Что беременна…? А я почему должна сама догадываться?
— Хотели сегодня сообщить, но все какие-то догадливые…. Это мы в Италии постарались. Рассчитываем на твой день рождения явить свету дитя.
От автора
Вроде обо всех рассказала…. Как сказал старик Хемингуэй: "Всякая история, если ее рассказать до конца, закончится смертью", автор не желает печали в повести.
Вы не представляете, сколько много пьет эта сучка — цензура. Шумел камыш, деревья гнулись……. О чём это я……
Ах, да цензура….. Щас я…. Спит она…. Дала добро на публикацию….. А я допишу…. Восстановлю, то что она вымарала. За это я такое напишу!!!
Про гинеколога, Татьяну Васильевну.
И так…! Танечка с юношества догадывалась, что не занять ей последнего места на конкурсе мисс Задрыщинск. Потому что последнее место досталось бы её сестре Ольге. Та любила проводить время, сидя перед зеркалом, выдавливая чёрные угри на лице. Просила поискать чёрные точки на теле, куда сама не могла заглянуть. Таня потворствовала старшей сестре, зарабатывая её благосклонность. Тогда Ольга показывала потёртый иностранный журнал порнографического содержания. Баклажанные не только по цвету, но и по размеру елдаки пронзали лысые пилотки белоснежек. Просмотр происходил поздно ночью, в девичьей спальне. А затем Ольга долго мастурбировала, обучив этому ремеслу сёстренку.
Однажды Ольга вернулась домой особенно счастливая. После того как мама уснула, она призналась Тане, что стала женщиной.
— В семнадцать лет, ты переспала с мужчиной? Это ведь совсем рано!
— Это совсем поздно, дурочка!
— Кто этот мужчина? Где и как? Расскажи…. Ну, пожалуйста. Я буду каждый вечер очищать твоё тело от угрей. — Ольга добилась от сестры что хотела. Начала привирая, говорить.
— Разносчик пиццы. Он давно клеил меня, угощал пиццей, колой. Но я девушка строгих правил, отказывала ему. Он начал клясться мне в любви, таскать конфеты. Как он узнал что я люблю грильяж и птичье молоко? Вчера я ответила согласием посетить его квартиру. Витинька живёт в паре кварталов от нашего дома. Короче! В три часа дня я пришла к нему. Угостил меня шампанским, грильяжем. Начал целовать…, до этого у нас всего два раза доходило до поцелуев. Целует, а руками по ягодицам шарит. Проверяет в трусах я или нет…. Я же не извращенка без белья по городу ходить. Потом руки перенёс на груди. Ты же знаешь какие у меня чувствительные груди…. Да знаю, что у тебя тоже чувствительные, не перебивай.
Я охватила его шею руками позволив ему расстегивать мои юбку и блузку. Раздел, осталась я в одном белье, трепещу от оргазмов. Начал сам раздеваться. Он… разделся… догола! Хуй…, нет, не пенис — хуй! Хуй стоял нацелившись на меня головкой.
— Огромный? — Шёпотом спросила Таня.
— Ага! Во, — Оля показала рукой совсем уж фантастический размер, — вот такой. Я подошла к нему… да, к Вите. К кому же еще?
— К хую.
— Дура! Не тупи! Хуй ведь Виткин, как они порознь могут быть? — Таня начала тупить от воздействия оргазма. — Подошла и взялась руками…, двумя, конечно, за елдище. Твёрдый что мамина скалка…. Толще конечно! Витька стянул с меня трусы, начал лифчик расстегивать, руки трясутся, ни как не справятся с крючочками. Пришлось самой…. Потом повёл меня на кровать, усыпанную лепестками роз. Танька! Не поверишь как он вставил мне! Ой, ёёй…, больно как! Я плачу, толи от боли, толи от радости…. А он долбит меня, долбит! И тут я вспоминаю, что он не надел презерватив? Кричу ему, чтобы вынул быстрее, он вытащил хуище… и вовремя! Начал спускать мне на пузо. Вот так. Завтра ещё пойду к нему. Только теперь предохраняться будем.