Я покивал. Да, понятно. Всё понятно. Только…
— А Жоре почему другой орден?
Ивлев глянул этак с жалостью, но потом снизошёл:
— Ну так он ведь военнослужащий у нас. По документам. Надо бы озаботиться вопросом, кстати… и лучше всего - тебе.
Опустив пока разбирательство с вопросом, как именно “озаботиться”, и почему именно мне, я задал последний вопрос из воображаемого списка:
— А почему болтать нельзя? Не то, чтоб я прям очень хотел, просто интересно.
— Чтоб противнику информации не подкидывать. Они, конечно, и так знают немало, наверняка… но всё же. Чем меньше — тем лучше! Вы все под ударом, потому как замены вам нет. Особенно — тебе и Либанову. Это, кстати, стало одной из причин, почему так легко согласовали переход Мордина на вольные хлеба — надо ваш коллектив множить и резервировать. Почкованием, если по-другому не получается. И тебя прошу, по-товарищески: займись резервом! Возьми хоть каких-то людей в работу по своей линии, есть же в Биоцентре молодёжь? Вон как с Георгием хорошо получилось — нет, скажешь?
— Хорошо, — согласился я, хоть и думал в этот момент совсем о другом.
— Вот и замечательно, — по-своему понял меня Ивлев. — Ну что, всё? Пойдём тогда? Гляну хоть одним глазком на взаимодействие родов войск, так сказать…
Глава 15
Есть такая русская поговорка: хочешь насмешить бога — подай ему на ознакомление план мероприятий. Вот как-то так у нас и получилось: совместные с “новыми коломенскими” тесты, на которые по плану отводилось полдня, затянулись аж на неделю с лишком. Больше того, своим экспромтом награждательным Ивлев тот самый, плановый, день уничтожил примерно полностью, да и следующему тоже досталось.
Нет, мы честно попытались! Но абсолютно вся банда думала о чём угодно, только не о работе. Помучились пару часов, да и разбежались, в пять сек договорившись приступить по-настоящему завтра. Благо, генерал к тому времени уехал, а кроме него желающих возражать не нашлось.
Что делали до конца дня, думаю, вполне очевидно: отметили от души! Для большинства из нас госнаграда оказалась первой, только у Одинцева уже что-то было “за добросовестный труд, достижения и заслуги в сфере образования”, да — неожиданно — один из аспирантов умудрился отслужить пограничником и зацепить там какую-то медаль.
Собрались в “перспективной”.
Поначалу была мысль рвануть в “Теорию”, туда даже отправили гонца из молодых, но, во-первых, через 5 минут припёрся и начал душнить подпол (и откуда узнал, гад?!), а во-вторых — вернувшийся студент обломал бесповоротно: администрация бара не согласилась закрыть лавочку так вот сразу, без предупреждения. Типа, заранее надо заказывать, за неделю, не меньше. Ну и хрен тогда с вами, золотые рыбы! Тупо заслали Скиповских в магазин. В качестве приятного бонуса — ни ящики с пивом таскать не пришлось, ни выслушивать стенания Артемьева по поводу выхода ценных научных кадров за периметр.
Отмечали всей бандой, вместе с вояками, фобосами и врачами — по первости даже присесть некуда было! Прям как на рауте каком великосветском: все такие культурные, трезвые, ходят мелкими шагами с бокальчиками шампанского. Плюнуть хочется! Врачицы каким-то невероятным чудом умудрились приодеться в гражданское, завиться-накраситься — вот как можно было успеть? Внесли ложку мёда в нашу рабоче-крестьянскую банду сугубо мужского нечёсанного состава. Только Лина пришла вместе с нами из подвальной лабы как была, в джинсах и свитере, и переодеваться не захотела.
Меня очень здорово напрягал Либанов, нарезавший круги у дальнего окна с категорически зверским лицом. Неудивительно: в кои-то веки на награждение подскочила Алина, и теперь они с подполом мило ворковали у стола с закусками, не замечая ничего вокруг. Вот знал бы, что такая хрень приключится — не стал бы военных звать! Тем более, что им-то отмечать ещё нечего: Ивлев сказал, что их тоже всех наградят, но это будет когда-то, пока ничего не вручили.
К счастью, долго мучиться не пришлось. То ли кто-то что-то почуял, то ли просто кончилось шампанское, которого взяли одну коробку, для рывка, но в какой-то момент врачи дружной стайкой снялись в полёт. Видимо, в сторону медблока, чтобы продолжить отмечание там. Вслед за ними утянулись и военные, по большей части. А у нас народ, наконец, выдохнул и расслабился. И понеслась!