–Ето ви Мария Стренькова?– спросил на ломаном русском белобрысый немец.
–Да..Я…,– робко ответила матушка.
–Разрешите войти?– спросил другой нацист.
–Проходите,– уступая проход, проговорила женщина. Мальчика поставили на пол и сказали ему ждать в коридоре. Немцы зашли на кухню. Мать- за ними. Костя не собирался просто сидеть в стороне и спрятался за угол, подслушивая разговор.
–Ващ син нарущил правила, установленные Великим Фюррером, и нам придется отправить ващего ребенка в ближайщий концлагерь,– продиктовал белобрысый немец.
–Как? Костеньку? Моего сыночка? Как так? Помилуйте,– мать упала на колени, сомкнув руки, со слезами на глазами.
–Ми люди не злие, но приказам подчиняться должни.
Костя задумался: «Что же делать? Может, отвлечь их внимание и сбежать вместе с матушкой? Или неожиданно напасть на них? Но они явно сильнее меня. Что же дела-а-а-ать?»
–Лучше отправьте меня! Он еще слишком юн, чтобы познать мучения! У него впереди вся жизнь!
–Ви же понимаете, что ващ син не раз нарушал порядки, и ми прощали его, но наще терпение не вечное,– и как же четко немец проговорил последние три слова. «Терпение не вечно»– это надолго засядет в памяти мальчика.
После долгих раздумий Костя незаметно выглянул на кухню. Мать отошла к столу, видимо, вытереть слезы. Фрицы молча наблюдали за женщиной и говорили на родном языке, посмеиваясь и как-то странно глядя на мать. Вдруг она повернулась, держа кружки чая в руках, и обошла немцев сзади, поставив на стол чай. Закрыла форточку. Сделав резкий разворот, вонзила нож прямо в горло сидевшему спиной к женщине немцу. Его товарищ растерялся, но уже автоматически взялся за кобуру, откуда достал пистолет и нацелился прямо на мать. Выстрела не последовало. Сзади последнего фрица стоял мужчина в обычной деревенской одежде и уже перерезал горло второму гаду.
«Кто он?»– пролетел вопрос в голове шокированного мальчика.
–Спасибо вам, Юрий Михайлович,– сказала мама.
–Не стоит, от них давно надо было избавиться. Да и ваш сын вызвал внимания этих поганок, так что рано или поздно дошли бы они до вашего порога. Костя, выходи!– неожиданно произнес мужчина, посмотрев прямо в глаза мальчика.
Юноша вышел из-за угла и увидел высокого, загорелого мужчину с серьезным лицом и задумчивыми глазами. Был он крепок и, несмотря на хмурые брови, весел и бодр. Черные, непричесанные волосы спадали на его лоб мелкими прядями. На нем была шерстяная фуфайка, брюки, сапоги до голени, меховая шапка лежала на печке.
–Ну…,-откашлялся мужчина- Здравствуй. Ты увидел не самую… приятную сцену. Мы видимся с тобой впервые, но это точно не последняя наша с тобой встреча,– мужчина крикнул в коридор,– Эй, хлопцы, уносите трупы!– тут же на кухню забежали четверо парней и утащили тела. Юрий Михайлович вновь обратился к матери,– Марья, увидимся завтра на совещании. А, ты, малец, почаще драконь этих гадов,– подмигнув, мужчина вышел из хаты.