Задача и так была довольно сложной, потому что для аккуратного воздействия мне нужно было касаться человека, настраивать с ним контакт. А тут еще и амулеты.
- Советую вам оставить наши семейные дела нам с внучкой. Никуда я ее не отпущу. Она как-то смогла обмануть артефакт, но по факту является иномирянкой. По закону каждая из этих тварей подлежит уничтожению. – Абсолютно спокойным голосом сообщил граф. Вот что значит многие годы на политической арене, такая выдержка, он сейчас собирался убить собственную внучку, которая выросла у него на глазах, а ни один мускул не дрогнул, что уж говорить про голос.
«Ричард,» - Мысленно позвал я друга. Он понял мой мыслеобраз без лишних эмоций. Просто перевоплотился в человека и поднял руки чуть вверх, показывая, что не желает зла.
- Повторю еще раз, мы не желаем зла вашей семье, но казнить невинного человека глупо. Возможно, есть другая причина странностей вашей внучки. – Я сделал небольшой шаг вперед.
- Дорогой мой, этот диалог не имеет смысла. Если? А вдруг? Реальная жизнь не прощает сомнений. – Занесенный над девушкой клинок резко начал опускаться вниз.
У меня не получилось ни выиграть времени, ни спасти девушку. Последняя надежда на Ричарда. Краем глаза я заметил, как в руке друга материализовался сначала лук, а потом стрела. Он не ждал, когда граф договорит, животные инстинкты сработали на опережение.
Какое счастье, что мой друг отличный лучник. Выпущенная им стрела попала точно в руку с клинком. Смертоносное оружие выскользнуло из пальцев графа и упало на алтарь рядом с его внучкой, полоснув кожу на боку. В такие моменты я молился всем известным мне богам и благодарил наших мастеров, которые смогли создать для Ричарда оружейный амулет. Браслет на его руке за долю секунды превращался в лук, а стрелы создавал схожий артефакт на правой.
Дед шипел от боли и пытался вытащить стрелу из раненной руки. Не медля больше, я рванул к Элизабет, что притихла, и кажется, даже дышать боялась.
Как же сложно излучать спокойствие и распространять его на напуганную до смерти девушку, когда у самого сердце в горле бьется. Веревки, сковывающие конечности графини с трудом, но поддались, ослабев, а после и вовсе выпустив ее из своего плена. Я буквально сдернул девушку с алтаря, утаскивая за собой.
Элизабет не сопротивлялась, не издала и звука от боли, даже когда я сжал ее кровоточащую ладошку. Кожу противно обожгло теплой влагой. Мы бежали обратно к выходу из подземелья. За парой поворотов натыкались на стражу, но с ними получилось быстро разобраться благодаря Ричарду. Я же отбивал мечом ближние атаки, закрывая собой графиню, которая ступала буквально по моим следам. Впервые порадовался, что женщин учат следовать за партнером в танце. Через несколько минут наша взъерошенная компания вывалилась на улицу. Благо наши спутники хоть и были сильно против наших планов, точно выполняли приказы.
Пять оседланных лошадей уже ждали нас у входа, готовые сорваться с места. Они умудрились даже несговорчивого вороного оседлать, хотя когда Ричард отдал этот приказ, я был уверен, что они коня максимум вывести смогут. Да, верхом Элизабет явно ездила редко, это было видно по ее фигуре, пока гнался за ней в первый раз, заметил. Девушка быстро выдохлась.
- Бегом на коня, - скомандовал я, подталкивая графиню к своему жеребцу. Элизабет только и бросила на меня удивленный взгляд, полный ужаса и надежды. Юбки веером всколыхнулись, а через секунду я уже устроился за ее спиной и потянул на себя повод. Парни тоже не медлили, оседлав своих коней, пришпорили их. Можно было бы посадить ее на вороного, но девушка и так была измотана, я боялся, что она может отключиться по дороге, а гонка предстояла долгая.
За несколько часов непрерывной скачки, даже у таких бывалых путешественников как мы с Ричардом ныло тело. Как все это время держалась девушка, чье тело банально не приучено к езде верхом, да еще и в платье, раненная и напуганная, для меня оставалось загадкой. Магический резерв порядком истощился, ведь я почти все время этой безумной гонки старался отслеживать ее моральное и физическое состояние. Хоть каждый из нас и понимал, что погони нет, и вряд ли скоро появится, остановиться было страшно. Нужно было как можно дальше уйти от места преступления.