— Почему?
— Да потому, что душа-то у них закрыта, она не работает. Они не заставляют свою душу трудиться во имя её же спасения. Душу видеть нам не дано. Но живое присутствие её мы ощущаем именно посредством совестливости. Понимаете вы меня? Вас когда-нибудь мучила совесть?
— И не раз!
— Вы счастливый человек, Андрей. Значит, ваша душа живёт и трудится, помогая вашему бренному физическому присутствию в этом мире. Как это, по-моему, у Заболоцкого: «…Не позволяй душе лениться, чтоб в ступе воду не толочь, душа обязана трудиться и день и ночь! и день и ночь!» Видите, даже очень далёкий от религии человек, атеист до мозга костей и то понимал предназначение души. Подспудно, конечно, интуитивно, но тем не менее…
Андрей слушал отца Георгия, и по ходу его рассказа перед глазами вставали одна картина за другой. Вот он, процветающий Свято-Николаевский мужской монастырь, построенный в XVI веке в честь обретения на этом месте чудотворной иконы святителя Николая, и который в начале прошлого века дважды посещала Великая Княгиня Елизавета Фёдоровна. И вот оставшийся от него после нашествия большевистских вандалов Никольский храм — конюшни горкомхоза, мастерские, склад — восстановленный совсем недавно с помощью местных меценатов. А вот и богадельня при нём, православный приют для престарелых прихожанок, разместившийся в сохранившемся и с любовью реставрированном здании монастырской гостиницы для паломников. По словам о. Георгия, это по-настоящему богоугодное заведение, обитель христианского духа. Насельницы здесь сыты, ухожены, им своевременно оказывается медицинская помощь. Но самое главное — это ещё лечебница души, причём, обоюдная — и для бабушек, и для сестёр милосердия. Болезнь и немочь, а вместе с ними сострадание чужих людей, в отличие от родных, пробуждают души насельниц. В то же время, помогающие им испытывают себя, познают себя. И если они начинают ощущать радость от содеянного добра, если у них появляется потребность творить это добро — значит, душа работает, любит, сострадает! У здешних «сёструшек» есть замечательный пример для подражания — деяния во славу Божию через бескорыстную помощь больным и обездоленным детям основательницы знаменитой Марфо-Мариинской обители Великой Княгини Елизаветы Фёдоровны. Это её имя носит сестричство при Никольском храме. Это она в феврале 1905 года по кусочкам выбирала из снега окровавленные останки мужа — московского генерал-губернатора Сергея Александровича, растерзанного бомбой эсера-террориста. Это она благодушно простила убийцу, посетив его в тюрьме и подарив ему Евангелие и иконку Спасителя. Это её озверевшие большевики в ночь с 17 на 18 июля сбросили живьём в затопленную водой шахту под уральским городком Алапаевском. Это она, открыто посмотрев в глаза своих убийц, тихо проговорила: «Прости им, Господи, ибо не ведают, что творят»…
— Ну, что, молодой человек, я вас, наверное, заговорил? — голос священника вывел Андрея из мира воображений.
— Вот за это вам большущее спасибо, отец Георгий. Вы меня просто спасли от провала. Ведь два часа назад я даже не представлял, как и о чём смогу написать, а материал-то уже на субботу запланирован. Если можно, покажите своих насельниц, да помогите собрать «сёструшек» для снимка.
5.
Отец Георгий нажал встроенную сбоку стола кнопку звонка. Через несколько минут в кабинет вошла… Наташа. Андрей не сразу узнал её. Белый аккуратный фартук, на голове — такой же белый, подвязанный каким-то особым способом, платок почти до плеч с небольшим красным крестом посередине — полуапостольник как выяснилось после.
— Знакомьтесь, это Наташа. Замещает старшую сестру милосердия на время ей отпуска. А это — журналист, намерен писать о нас в газету. Андрей, зовут его.
Андрей встал, галантно кивнул Наташе головой и почему-то покраснел до корней волос. От неожиданной встречи девушка тоже вспыхнула, но сразу призналась настоятелю:
— Мы, батюшка, уже знакомы. Случайно встретились, когда Андрей шёл к вам за интервью.
— Я это уже понял, — добродушно, открыто рассмеялся отец Георгий. — Журналисты — народ проворный. Только всегда помните, дети мои, случайностей в нашей жизни не бывает. Нет, не бывает… Ну, а коли так, дальше вы и без меня управитесь.
— А как же снимок? — оправился от смущения Андрей.
— Сёструшек сфотографируете, и достаточно.
— Нет! Без вас, батюшка, никак нельзя, — мягко, но решительно подала голос Наташа. — Сами подумайте, сироты мы что ли?
— Ну, если так, упрашивать не заставлю. После экскурсии с молодым человеком соберите всех на паперти храма, там и сфотографируемся. Позовёте, когда надо будет.