Выбрать главу

 

Природа нашей планеты практически такая же, как вашей. Флора и фауна схожи с земными, в некоторых случаях практически идентична. Но есть виды чрезвычайной красоты. Такие только в фантастических книгах и фильмах можно представить и увидеть. Любое растение при соприкосновении с ним излучает аромат, присущий только ему, а цветы во время дождя раскрываются в полную силу и в местах капель воды светятся неоново-матовым цветом, в чем каждый уникален. Деревья уже при малейшем колыхании от ветра начинают свои музыкальные рассказы. Жизнь зверей неразрывно связаны с природой. Растительный мир обладает разумом и при любой опасности всегда укроют нуждающегося в помощи в густоте своих крон и зарослей от хищника или обычного землетрясения. Есть виды, которым присуще смесь органических тканей двух миров. Поэтому большая часть животных всеядна и имеет нечастое и маленькое потомство, не более трех за роды.

— Здравствуй! Мы тебя напугали? — произнес один из химер, очень осторожно и медленно подходя ко мне.

— Привет! Немного. — ответила я, разглядывая его с головы до ног. На нем были надеты хлопковые грязные лохмотья. Было заметно, что это лабораторное тряпье. Думаю, что им тяжело достать нормальную одежду, исходя из их размеров и дополнительных конечностей в виде крыльев, и у меня вырвалось, — вам нужна помощь?

— Всегда предлагаешь помощь незнакомцам?

— Нет, но вам она явно необходима.

— Мы сами справимся. Уж одежду сумеем достать, — прокомментировал, поймав мой взгляд. — А в остальном ты не поможешь. Кстати, мы не представились. Я Иэхан. — и сделав легкий реверанс, показал ладонью на меня, как бы спрашивая мое имя.

— Раулина, — медленно произнесла я, завороженно смотря на него. Когда он сделал этот мягкий поклон, подул легкий ветерок, и крылья чуть увеличились в размерах и засияли блаженным светом, будто воздух является источником энергии.

— Не смотри так! У меня нет объяснений. Для нас это такая же тайна, как и для тебя, — спокойным тоном произнес Иэхан. — Крылья становятся намного больше, и их количество увеличивается у некоторых из нас, когда летаем. Начинают светиться лазурными, алыми и желтыми цветами, кроме Герго. Если ты видела, они у него совсем другие.

— А что с ним? — перебила я.

Нахмурено посмотрев, пояснил:

— Мы думаем, что ему ввели другие гены или сам чем-то отличается. Хотя его брат-близнец Сергий такой же, как и остальные: я и Ло.

— А когда летает, тоже светятся?

— Да, только мрачным и более плотным светом.

Мы еще долго обсуждали происшедшее с ними. Иэхан поведал, как они попали туда и что с ними сотворили.

Когда пришло время расходиться, я предложила помощь с одеждой и спросила:

— Вам есть где жить?

— Не переживай! Не пропадем. Мы бывали и не в таких условиях. — печально, и стараясь не подавать виду, произнес он.

— Я думаю, будет лучше, если будете жить в человеческих условиях. Пусть даже немного тесных.

— Спасибо за предложение!

— Это не предложение, а приказ! — жестко и угрожающе заявила я, почувствовав в нем воина. — Вот место, где буду вас ждать утром, — вырвав листок из блокнота и написав адрес, протянула его Иэхану и показала место на карте.

После встречи с Иэханом и другими ребятами мой носик рьяно тянуло на расследование произошедшего. Четыре месяца жадных поисков привели меня на остров в русле Паго. Ученые прозвали его Гипербореей, взятого из легенд. Этот один из кусков суши поднялся из-под воды после многомиллионного сна двести лет назад. Буквально через полвека на нем проснулась от долгой спячки чарующая собой природа. Такой красоты еще никто и никогда не видел в своей жизни. Растения напоминают огромные перья, которые просто сияют под натиском блуждающего и играющего с ними ветерка, а некоторые походят на желейные капли и камни. А фауна и подавно заворожила через век скрытыми возможностями каждого найденного зверька, что подвигло людей к воссозданию гиперборейцев. Не пытайтесь понять скорость восстановления этой жизни. Все на материках существовало в своем мире. Здесь началась история возрождения ангелов. Здесь же и нашла я злосчастный дневник с материалами и доказательствами журналистки Мелен Бенч, осветившую в новостях ужасающие эксперименты и пытки, на которые идут люди. То, что там описывалось, на тот момент не приснится и в страшном сне. Большинству из подопытных предстояло пройти то же самое, как и мне чуть позже. Вот несколько выдержек:

 

«...Страх. Меня одолевают страх и боль. Как я сожалею о своём выборе! Но ничего уже не изменить! Мне с каждым разом становится все хуже и хуже. Просто невыносимая боль охватывает мое тело. Эта необычная боль, сопровождающаяся высоким жаром. Это агония из ледяной дрожи и горящего кострища в моем теле. Душа полна огромной силы, вырывающейся наружу, которая вот-вот прорвется с немыслимой жадностью поглощать все живое и неживое в этом мире. Еще немного и это произойдет...»