К тому же в их разведывательный отряд понадобится руководящее звено. Клопшток слишком зациклен на своих желаниях, Юн Ги — зависима от чужого мнения. Лиззи отпадает точно. А вот он или Победоносец…
И Экс знал ответ. Даже не то чтобы знал — чувствовал.
— Я пойду, — решил он. Сердце сжалось. Но Экс не подал виду.
— Вы?! — изумился Пьер. — Но кто же останется…
— А я тебе на что, перчик? — щегольнул знакомым прозвищем Победоносец. — Но всё же. Капитан, зачем тебе это? Я мог бы сходить, тем более Юн Ги привыкла меня слушаться.
— Привыкла или нет, а вы нужны здесь, — объяснил Экс. — Вы слишком вспыльчивы. А это стеснительное обстоятельство по многим причинам…
— По каким же, капитан? Ну-ка, расскажи, интересно послушать, — откинулся спиной на стекло Победоносец. Его волосатое копыто, закинутое на коленку, раздражающе покачивалось под носом.
Экс вздохнул. Терпеть его. Терпеть.
— По двум, — вскинул указательный и средний пальцы Экс. — Во-первых, если мы всё-таки встретимся с другим кораблём, влияние на их капитана окажу я. Вы, к сожалению, навыками дипломата не обладаете.
— Ладно, это справедливо, — усмехнулся Победоносец. — А во-вторых?
— Во-вторых, из-за вашего нрава, вы вряд ли способны скрытно перемещаться. А это может нам понадобиться… Если мы наткнёмся на враждебных существ и — что скорее всего — окажемся в меньшинстве.
— А ты, оказывается, всё продумал. Ну ладно, так и быть, прикрою твой зад, — пожал плечами Победоносец. — Что, перчик? Готов к нашему долгому совместному отдыху?
Пьер лишь поправил очки. Кажется, раздражённо. Хотя по нему и не поймёшь.
— Мы с Лиззи постараемся организовать оборону в случае чего, — кивнул Победоносец. — Но ты, капитан, не смей потерять Юн Ги! Клоп-то ладно…
— В смысле «ладно»?!
Экс повернул голову. В дверях он заметил Клопштока.
— А ты подслушивал, да? — усмехнулся Экс.
— Вы так часто произносили моё имя, что я не мог не проверить, произносится ли оно в нужном контексте! — возразил тот.
— Ты тут своими умными словечками мне голову не морочь, — отмахнулся Победоносец. — А лучше посиди и не лезь в дела старших, пока не скажут.
— Как моя милая Юн Ги вообще вас вынесла? — раздражённо шепнул он.
— Я всё слышу.
— А я этого и хотел.
Недобро усмехнувшись, Клопшток маленькими ножками соскочил со ступеней и, судя по всему, поторопился на нижние этажи. Экс про себя вздохнул. И с кем же ему придётся провести пару дней увлекательнейшей разведки?
— Капитан Экс, если я не ошибаюсь, вы случайно не пользуетесь магическим мечом? — уточнил Пьер.
— Всё верно. А что такое?
— Ну… Если я и разбираюсь в тактике ведения боя, то точно знаю одно: латные паладинские доспехи и двуручный магический меч несколько не подходят для скрытных перемещений на местности.
— Насколько я осведомлён, у нас на складе есть запасной набор кожаных доспехов, — напомнил Экс. — Его и надену.
— Смотреться будет так себе, — «профессионально» оценил Победоносец.
— Выбора нет, — пожал плечами Экс. — Буду надеяться на религиозную магию и энергетические щиты. И на крепость костей.
— Не зря-таки они тебя в Академию позвали, — усмехнулся Победоносец. — Ты отнюдь не сопляк. Хоть и пытаешься на него походить.
Экс улыбнулся. Хоть этот идиот и раздражал, сказать доброе слово он тоже умел.
— Спасибо. А теперь… надо собраться, — со вздохом напомнил Экс, вставая.
Взгляд его невольно упал на горизонт. Интересно… И всё-таки Джант действительно сошёл с ума? Или он настолько смел, что сорвался за своей невестой, совсем не зная, жива ли она?
Или он и безумец, и храбрец в одном флаконе?
Глава вторая. Душа
Голова больно ударялась об острые каменные створки пещеры. Руки цеплялись за трещины, но когти с болью обрывались. Ноги и хвост сжало в обездвиживающей хватке.
Некто — нет, нечто уносило Иву в древние тёмные ходы, точно в глотку к непомерно огромному хищному существу.
Ива с трудом оставалась в сознании: первобытный страх смерти держал её в своих склизких руках, заставляя выныривать, точно утопленник в глубоком болоте. Из последних сил она испускала крики, но темнота её не слышала. Лишь молчаливо поглощала звуки, словно Ива и вовсе не кричала — лишь молчала, стараясь кричать, как в диковинном сне.