Улыбка Неизвестного никогда не была такой… Или?..
Может, он чего-то упорно не видел или отказывался видеть?
— Ты совсем ничего не сказал о себе… — заметил вдруг Джант.
— Какая парадоксальная ситуация возникла! — рассмеялся Неизвестный. — Если я не настоящий и живу в твоей голове, то ты и так знаешь, что я думаю по этому поводу. Ну, либо у тебя не такое однозначное мнение обо мне, как ты думал.
— Я не ищу очередной игры в загадки, Неизвестный. Я хочу получить чёткий ответ.
— Ладно-ладно! — отмахнулся тот. — Раз уж ты и впрямь не догадываешься… Я в тебя верю. И всегда верил.
Он потрепал волосы Джанту. Но сам Джант даже не почувствовал прикосновения. Воздушного, но ласкового.
— Спа…
Но Неизвестный вновь исчез, даже не договорив. Джант опустил голову.
Даже благодарности не принял. Хотя сделал невероятно много.
***
Джант пробыл в степи не так долго, как думал. Но поскольку даже представить себе не мог, куда его уведёт собственный путь, он разработал стратегию выживания на случай, если дорога предстоит длинная.
Заметив, что чудовища просыпаются по ночам, Джант решил спать днём. Ощущение от этого оставалось мерзкое, но что поделать? Другого выбора не было. К сожалению, определять, когда ночь наступит, Джант по природе не умел, ему приходилось прерывать сон почти постоянно. Таким образом, выспаться он и не мог.
Спасибо Нудлзу, который вечно ворочается — Джант ночных часов не пропускал. А Снежок-подушка давал хоть какое-то подобие здорового сна.
Благодаря прижжённой ране, крови не шло. Вспоротое место покалывало, но, благо, Джант больше ничего не чувствовал. Болячки он не занёс, и то хорошо. Интересно, есть ли в этом Богиней забытом месте болезни?
Еду Джант растянул на четыре дня. Даже больше: с каждым приёмом пищи он ел всё меньше. Вкупе со сном сил у него становилось только меньше, но — опять же — делать нечего. Если бы Джант встретил в степи хоть одно животное, хоть одно растение, он бы что-то придумал (хоть и охотник из него, признаться, никакой), но нет. Приходилось перебиваться тем, что оставалось.
Тем не менее надежды Джант не терял. Неизвестный его больше не навещал, но одни его слова подлили масла в огонь. Как мог Джант терять веру, когда Ив его ждёт? Когда Амон и Бич — лучшие друзья — ждут? Когда их всех ждёт корабль «Черепаха»?
Благо, Нудлз не терял следа. Джант мог только догадываться: сколько тащили Ив? Она голодна? Она хочет спать? Насколько ей страшно? А может, она без сознания? Может, они её кормят? На убой…
Мысли скрашивала фантазия. Джант не был великим мечтателем, но в такой сложный момент всё его воображение собрало силы, чтобы поддержать. Джант представлял, как вызволит любимую Ив из лап чудовищ, как раскидает их всех одним большим взрывом, как она улыбнётся ему и прильнётк его груди…
По прошествии трёх суток Джанту оставалось думать только об этом. Язык пересох от жажды. Живот ныл и болел от голода, будто сам себя пожирал. Глаза слипались. Джант одёргивал себя, чтобы не задремать. Но ночь — такая притягательно-тёмная — очаровывала, склоняла ко сну. Звёзды словно шептали: мы способны обратить все мечты в явь, только отпусти.
Но Джант не слушался. Упорно, до последнего. Что ему призрачная Ив, когда настоящая — ждёт его?
Вскоре Джанта взбодрило виде́ние. Мираж? Или правда? Джант вскочил, в голову словно вонзилась стрела, но боль была терпима.
Звезда. Словно спустившаяся на землю, она венчала пик высокой, пронзающей небеса горы. Бело-розовая, похожая на необработанный громий кристалл, вершина сияла в темноте, привлекая взор. Пламенное сердце вело к ней.
И не только сердце. Нудлз подтвердил: заёрзал, «заугукал», затыкал пальцем. Им туда! Джант от переизбытка эмоций погнал Снежка вперёд. И сам Снежок, уставший не меньше него, вдруг обрёл второе дыхание и заторопился к горе.
Стук копыт был для Джанта музыкой. Мелькавший вдали лес, высящаяся гора, яркая земная звезда — картиной лучшего художника. Собственные мысли — поэмой, которой бы даже Клопшток позавидовал.