***
Бич бежала долго. Искала путь, как в последний раз, словно по ту сторону ждёт спасение. Но задняя мысль неизменно подсказывала: лишь ты, Бич, ты одна — спасение. Не только Амону, но и самой себе.
Демоны рвались позади. Со всех сторон. Даже спереди. Бич могла только бежать, она даже боя дать не была способна. Силы покидали её с каждым новым мгновением, но Бич не смела запаниковать: от неё, её судьбы и её действий, зависит жизнь Амона. Он должен жить, несмотря ни на что. Даже если Бич отдаст за него свою жизнь, она будет к тому готова.
Но вот, спустя бесконечные повороты, тёмные и полные демонов, Бич увидела свет. Тонкие маленькие лучики, похожие больше на божественную дорожку. И Бич на эту дорожку ступила немедленно.
Тепло. Жар. Словно взмывшая в небеса птица, подлетевшая к самому Игнису. Демоны задержались в яме, и Бич поняла: ещё немного, и она на свободе.
Лапы твёрдо приземлились на песок. Степь. Похожая, словно Бич совсем недалеко от корабля. Может, и вправду так. Но как найти дорогу?
Да плевать! Сейчас главное — хоть куда-то выйти. Бич, не раздумывая, рванула к горящему диску на небосклоне: окрашивая горизонт в красный — опасно-алый — цвет, он садился, предвещая ночь. Звериное ощущение подсказывало: ночь — надо прятаться. Демоны — хищники. И в этот раз они на шаг впереди.
Но не в другой. Она ещё вернётся, твари. Готовьтесь.
Силы кончались. Последние, утекали, как кровь из ещё живого тела. Ноги горели, как будто их жгло изнутри. Но надо преследовать звезду, надо преследовать…
Пока не наступила ночь. Времени не хватило. Темнота окутала, словно охотничья сеть. Бич замедлилась, понимая: больше не может. Слишком тяжело. Слишком больно.
Медленнее и медленнее, в конце концов, полное замирание. На последнем издыхании — падение. Никакая она не хищница. Лишь жертва, загнанная в угол.
Бич обернулась. Демоны, как крысы, сочились из дыры. Как тараканы, мерзкие, отвратительные жуки. Алчные коршуны, окружившие будущий труп.
Она ведь даже не успела никому помочь. Не успела побыть той, кем ей предвещала судьба. Неужели её жизнь должна была свестись к этому? Неужели ей предначертано было стать жертвой? Какая смешная шутка, госпожа Судьба, какая ирония. Взрастить упорство, воспитать героиню, чтобы она поверила в себя и, в конце концов, разбилась на кусочки.
Смешная, смешная госпожа Судьба…
И Бич уже приготовилась посмеяться над своей жалкой жизнью перед ликом Дьявола, как вдруг увидела краем глаза свет. Обернувшись, она увидела щит. Магическую завесу, окутавшую её сверкающим куполом.
И Амона. Одна рука его безжизненно упала, поглощённая той фиолетово-зелёной гнилью. Другая — держала щит, противостоя целой армии демонов. Бич развернулась, уже даже сил в себе не находя — сквозь боль, и пролепетала:
— Амон… Прошу, не надо.
— Я не хочу, чтобы ты умерла.
Его голос прозвучал так тихо и блёкло, что от злобы и обиды Бич прикусила язык клыком. Дурак, какой дурак!..
— Ты умрёшь вместо меня, — прохрипела она. — Это я должна была… Так нельзя…
— Мне плевать. Лежи. Я держусь.
Он дрожал. Всем телом. Это не называется «держаться».
— Да какая разница, мы оба не должны умереть! — воскликнула она, вставая на дрожащие лапы.
Сейчас упадёт, сейчас упадёт… А, нет, держится. Встала.
— Амон, слышишь меня?!
— Ты ничего не можешь сделать.
— Как видишь, могу! Просто смотри…
— Прекрати. Это глупо.
Он говорил и продолжал ткать — как выражался он, как выражались все зверолюди — свою магию. Бич задумчиво сощурилась. Голову пронзило болью мыслей.
Даже если она не может, то может он. Из последних сил, но они должны что-то сделать. Вместе. Как бы она ни хотела, чтобы он не вмешивался.
— Хорошо, как ты хочешь, — примирилась она. — Мы не сможем сдерживать их вечно.
— Что тогда?
Бич задумалась. Амон орудовал совсем другой магией, нежели она. С другой стороны, занятия в Академии должны хоть какое-то представление ей дать.
Тем временем демоны толкались о щит, а тот, словно крепкое, но вполне разрушаемое стекло, собирался расколоться. Думай, думай… Разве Амон совсем не мог как-то им противостоять?