И поэтому особо неуважительным оказались дальнейшие действия великого князя — берского правителя: вместо того, чтобы на просьбу королевы вернуть записи, он воспользовался ими ради собственной выгоды и заполучил зеркало благословения.
В конце концов, после череды бессмысленных переговоров королева приказала объединённым войскам магов и паладинов снаряжать боевые корабли. Путь их лежал на юг, где озлобленные и дикие зверолюди уже готовились к бойне.
Однако это — лишь одна сторона истории. Для Единого Берского Царства, страны золотых полей и снежных бурь, она выглядела совсем иначе.
Единое Берское Царство не собиралось разрывать мирных отношений с Эллиадией. Наоборот — великокняжескому роду открылось такое обилие новых открытий и возможностей, что, казалось, не будет конца вечному процветанию. Более они не были правителями дикого края полных чудовищ лесов, теперь Единое Берское Царство — государство в рядах первых, и оно — не только богатейшее, но и самое образованное среди других зверолюдских стран.
Но вдруг что-то изменилось. Сперва незаметно, потом — стало бросаться в глаза всё сильнее. Всё больше беров стали предпочитать родным шубам магически утеплённые эллиадские накидки. Берская знать стала охотно перенимать эллиадские слова и, казалось, говорила на эллиадском чаще, чем на родном языке. И в довершение всего разнообразия предвестий — под Тихомировым Обетом была возведена первая эллиадистская церковь.
Роскошь и богатство Эллиадии постепенно очаровывали беров, и многие из них решили, бросив всё, отправиться туда, за море, где — как им казалось — царили равноправие и счастье. Школы, сложные машины, передовые магические изобретения — беров привлекал этот далёкий, совершенно незнакомый, идеальный образ, будто вышедший из прекрасного сновидения.
Только вот никто не ждал чужаков на своей земле. На Родине прогресса к зверолюдям относились лишь как к дикарям. Всех беглецов ждала лишь одна участь — стать изгоями среди пуринов или даже хуже — стать фактически их рабами. А тем временем всё больше беров попадало в эту ловушку. Соблазнённые чужим, навсегда отвергая своё, они уезжали, совершенно не зная, что их ждёт. Каждый надеялся, что его участь собратьев не постигнет, но лишь единицам удавалось пробиться. А остальные оказывались безвольными слугами в поместьях прогрессивных эллиадцев.
Единое Берское Царство стало терять себя. Молодое и неопытное государство, оно и близко не подошло к тому уровню развития, которого достигла Эллиадия за более чем тысячу лет существования. Наивных беров было легко увлечь, обмануть и в итоге — захватить без единой капли крови.
Видя подозрительное засилье чужой культуры на своих землях, великий князь понял: пришло время что-то срочно предпринять. И другого выхода, кроме как навсегда исчезнуть для остального мира — закрыть дверь, ведущую на небеса, — он не видел. Так пошлины для торговцев всё повышались, пока вход им не был закрыт вовсе. Эллиадские послы один за другим уехали на Родину. Все связи оборвались. Когда-то взаимная радость принятия сменилась на неприкрытую злобу. А во всём, по сути, виноваты лишь излишне большие амбиции одного правителя и параноидальный страх другого.
В то же время разведчики великого князя — отправленные, чтобы выяснить причины и детали оккупации Эллиадии — доложили ему и о заморских новейших исследованиях. Эллиадия — втайне от других союзных стран — искала осколки благословенного зеркала, что давало право одному господствовать над всеми. Поскольку ни одно государство не собиралось сдаваться так просто, вести подобные поиски могли лишь к одному.
Исходу, который уже настиг Зазеркалье.
Как и королева, в поиске осколков великий князь был одержим алчностью. Жаждой власти, которая и не снилась его отцу. Конечно же, и князя, и королеву не сразу охватило желание обладать миром, уподобиться Создательнице. Сперва их вели чувство страха, чувство ответственности, чувство собственной избранности — ведь если кто-то один получит благословенное зеркало, то войны не избежать. Но Я не допущу войны!
Так думал каждый. Пока собственная гордыня не свела правителей с ума.