Мелодия. Музыка — не песнь, как на Родине, но нечто совсем новое. Переливы струн. И больше — никакой тишины.
Вдруг стало так приятно. Уши жались, словно от поглаживаний. Звук говорил больше слов.
Однако не успела Ива задремать, как её прервал грохот. Тьма за спиной приобрела обличие.
Светозар. Прямо у входа в Черепаховую Академию. Вокруг гиганта кружились фигуры — знакомые. Маленькие и беззащитные. Ива видела боль на их лицах — и тут же пожелала, чтобы она вовремя остановила своих близких, которые ринулись ей помочь. Большие когтистые руки раскидывали крох в стороны — как надоедливых мушек. Огромная пасть злобно цокала клыками и рычала — не ела, ведь ей нужна была особая пища. Ничто не могло сравниться со сладким телом Ивы.
— Нет… Нет-нет-нет! — закричал глухой страх Ивы. — Нет, не надо, прошу! Прекрати, я сделаю всё, я тебе отдамся! Только не их, меня, не их!..
Понимая, она согнулась, закричав. Всё тело било неостановимыми волнами дрожи, судорогами. Опять, опять… Ива не могла поверить. Так глупо привела за собой врага. Вновь, вновь пожертвовала чужими жизнями ради своей жалкой шкуры!
— Не трогай их! Забери меня, умоляю! — в отчаянии кричала Ива, порываясь вперёд. Но останавливаясь — снизу так далеко до земли, что она просто разобьётся.
Мама, папа, друзья… Плечи задрожали. Какая трусиха. Сама кричишь одно, а чувствуешь другое.
Хочешь, чтобы тебя наконец оставили. Покинули, одну. Пускай уходят: Светозар, родители, друзья — все. Вокруг Ивы не может быть мира. Не может быть спокойствия.
— Счастье было так близко, — отпуская, прошептала она.
Укрыла лицо руками. Бесполезно. Надо сдаться. Пожалуйста. Почему нет сил даже опустить руки?
— Счастье есть, Ив. Оно рядом.
Голос… тёплый и родной. Горячий, жаркий, как домашний очаг. Ива обернулась.
Звезда. Промелькнула, протанцевала к ней. В два прыжка оказалась совсем близко — но не достаточно, чтобы коснуться. Опять так далеко и так близко одновременно.
— Кто ты, звезда? Почему ты мне помогаешь?
— Ив, ты меня не узнаёшь? — испуганно прозвучала звезда.
Точнее прозвучал. Голос со звонкими нотками. Как пар с оседающими капельками.
— Ты был со мной всегда… Я не понимаю: кто, что ты такое, зачем?..
Помолчала. Искры тухли, отдаваясь тонкими хвостиками. Ива было хотела сказать — что угодно, лишь бы звезда не исчезла, — но её опередили:
— Ив… Что с тобой?
Голос срывался, точно на слёзы. Звезда опечалилась, но неужели она не знает, что происходило с Ивой все эти годы? Что она — звезда — помогала Иве выбраться из пропасти отчаяния? Всегда давала свет, когда — казалось — вокруг одна лишь тьма?
— Прошлое хочет поглотить меня.
Она тонула. Словно у неё больше не было сил. Светозар подбирался всё ближе: Ива видела и закрывала себя руками.
Звезда — как другие. Он не должен пасть, как её близкие.
— Уходи. Ты всё равно ничем не поможешь, — вдруг холодно выдала она, пряча взгляд.
Врать она не умела. Будто бы звезда этого не знала.
— Ив, почему ты так говоришь? — смягчилась звезда. — Мы же хотели пойти в новую жизнь вместе. Все беды — теперь позади. Забудь их и…
— Как забыть? Они — то, кто я есть.
У неё ничего не было, кроме памяти. Ей отдали единственное, что у неё было, и груз задавил её, сломал волю.
Но что, если и их не станет? Больше ничего, ничего не будет. Что делать: вечно страдать или упасть в пустоту, где нет ничего?
— Ив… Воспоминания могли тебя создать, но они уже произошли. Надо двигаться дальше, не зацикливаться на них.
— На чём мне зацикливаться, если не на них? Они — единственное, что у меня есть.
— Почему же? У тебя есть я.
Насмешливая улыбка дрогнула на её губах. Она вскинула взор.
Звезда начала распадаться. Появились лучи, дёргающиеся огоньки. Словно звезда… протянула руки?
— Звезда, ты — это ты. Ты не можешь заменить меня собой. Даже если я захочу.
Как бы она ни полюбила звезду. Как бы ни хотела, чтобы тот её всегда спасал. Ива — это Ива, и никому, даже звезде, не под силу проникнуть в её мысли и очистить их живительным светом.