И захлопнула дверь за собой. Эх, ну и сложно же с ней.
Вернувшись к двери, Экс вышел наружу. Он услышал, как позади поворачивается в замочной скважине ключ. Всё-таки мелкой верить можно.
Внизу лестницы опёрся на перила Победоносец. Экс медленно к нему спустился.
— А откуда вы знаете, где мы живём? — спросил он, сам того не ожидая.
Всё-таки подозрительность никуда не ушла. И хорошо. Она не раз спасала Эксу жизнь.
— О… — На лице Победоносца расцвёл алый румянец. По берам иногда не поймёшь: это они вечно пьяные или просто такие здоровые. — Лиззи мне сказала.
— Лиззи… Элизабет? — догадался Экс. Тем временем Победоносец двинулся вперёд, и Экс поплёлся следом.
— Ага. Вы уже виделись, я знаю.
— Прекрасная девушка. — Видя, как Победоносец гордо вскидывал нос, Экс продолжил: — Хозяйственная и очень милая.
— Э, постой-ка… Ты что, виды на неё имеешь? — подозрительно сощурился маленькими глазками Кабан.
— Я? Нет! — опасливо воскликнул Экс. Когда зверолюди собираются напасть, по ним это видно. И сейчас — именно такой момент. — Я, понимаете… Ну, мёртвые мне не очень нравятся.
— Да она живее всех живых! Что бы ты понимал в живых, — взъелся Победоносец.
— Не спорю… Но физически…
— Ну, такое есть, — выдохнул тот. — Особенно сложно, когда нужно подогревать. Ну, ты сам понимаешь…
Экс очень хотел не понимать.
— А вы ей кем приходитесь? — поинтересовался Экс. Понимая, как это звучит, он оправился: — Ну… Мне как капитану надо знать.
— Конечно, оно и понятно! — воскликнул Победоносец. Ему и вправду такая тупая отговорка показалась убедительной? — Я её муж.
Экс едва воздухом не поперхнулся, но сдержался. Вот это семейка! Кабан-коротышка и големша. Что ж, чего только не встретишь в Черепаховой Академии? Уже за пару часов он понял, что не стоит ничему удивляться.
Что же, и Кабан, и Элизабет взрослые, им решать, с кем им быть… Даже если простой смертный вроде Экса этого не понимает.
— Знаете, капитан… Экс, верно? — Экс кивнул. — Так вот. Знаете, зачем мы с милой Лиззи записались на этот вылет? Так мы хотим, чтобы Лиззи стала… ну, живой. Может, на новой планете найдём какую-нибудь зацепку, которая поможет. Всё-таки ведь эти горгульи как-то живут при том, что не имеют внутренних органов. Может, и у Лиззи выйдет.
— А вам плохо при нынешнем положении дел? — удивился Экс.
— Что? Не-е-ет! — отмахнулся Победоносец, хлопая Экса по спине. Тот едва не выплюнул наружу кишки. — Смешно, смешно! Мы с ней душа в душу живём.
— Тогда есть ли разница? Стоит ли так рисковать?
Победоносец задумался. Впервые его лицо стало отражать мыслительный процесс.
— Знаешь, жизнь голема связана со многими… неудобствами, — аккуратно выразился Победоносец. Вдруг его речь зазвучала, как у профессора. — Во-первых, Лиззи постоянно нуждается в энергетической подпитке. Я-то не против смазывать её алхимическими отварами каждый вечер, но… но ведь должен быть способ, чтобы она сама поддерживала свою жизнь. Ей ведь неудобно постоянно меня просить, считать себя обузой. Хоть я её таковой и не считаю, конечно же.
Он галантно приложил руку к груди. Экс невольно заметил вылезающие из-под его чёрной рубашки рыжие волоски. Уф…
— Во-вторых, Лиззи связана с директором Неизвестным. Конечно, это лучше, чем её бывший мастер — профессор Сервус… Даже вспоминать о нём не хочу. Как он издевался над ней. Она рассказывала, что он использовал её вместо подставки для ног…
Экса передёрнуло. Так вот откуда у Элизабет такая печаль в глазах.
— Но эти времена прошли, — выдохнул Победоносец. — Теперь о ней заботится директор. Он хороший пурин. Но всё-таки ему и самому эта связь иногда… досаждает. Он ведь всё чувствует. Каждую эмоцию. Он может заглушать чувства, но очень сильные эмоции ему сдерживать тяжело. Мы хотим самостоятельности, вот что.
Вполне… обычное желание. Удивительно, что такой непростой зверолюд так быстро и спокойно открылся. Или это черта всех беров? Простых и прямолинейных.
— Я к чему это говорю… — Хотел услышать причину, Экс — получай. — Не вздумай подвести нас, понял, капитан Экс?! У нас всех тут есть надежды и мечты. И мы на тебя рассчитываем.