Когда-то и Джант таким был. Совсем малой. Когда Неизвестный впервые его сюда привёл, он на каждом шагу удивлённо стопорился. Деревенский мальчуган — сын нимфы и лесника — он думал, что все маги — жуткие дяди и тёти, которые хотят его похитить или убить. А оказалось… оказалось, что ему предстояло стать одним из них.
Когда Джант вбежал на головную башню, Адалинда уже «жужжала». Сам Джант так и не придумал этому чёткого названия. Её предперемещающееся состояние было похоже на плавные вибрации, как когда гладишь кошку. Только в миллион раз сильнее.
Толпа у края никак не желала раздвигаться. Но спасибо большим плечам, Джант легко проталкивался. С высоты своего роста он видел и Бич, глядящую в окно, и Амона, облокотившегося на стенку рядом с ней.
Несмотря на то, что в Академии было несколько башен, во время перемещения все собирались именно на головной. Что неудивительно, ведь с головной открывался наилучший вид — очевидно — на голову черепахи, где и собирались путевые.
Когда Джант наконец пробрался к Бич, сквозь узкое окно он увидел, как Адалинда раскатисто зевнула. Путевые, уже стоявшие на её голове, даже не качнулись.
Вдруг Джант заметил, как Ив замахала руками. Он чуть не дёрнулся вперёд, но Бич его остановила.
— Сестрёнка справится. А ты не мешайся! — резко оборвала его она.
— Я не хочу, чтобы Ив сломала ноги, — взволнованно ответил Джант, отстраняясь.
— Джант, она умеет летать, — напомнил Амон.
Вразумительное замечание Амона успокоило Джанта. Хоть он и всё ещё волновался. Он был уверен в Ив, но ведь ей могли помешать и другие события, которые от неё не зависят. К тому же Ив может перенервничать…
— Не потей так! — рассмеялась Бич. — Я всё чувствую, между прочим.
К обострённым ощущениям Бич и Ив привыкнуть невозможно. И если Ив о своих зверолюдских инстинктах вежливо молчала, то Бич о своих оборотневских — не стеснялась говорить в лоб. Даже в этом сёстры-«собаки» отличались. Ещё раз, что их заставляло считать друг друга сёстрами?
— Могла бы и не нюхать, — пробормотал Джант. — Или нравится?
— Ещё бы мне нравился запах вашего вонючего пота, — закатила глаза она и взяла за руку Амона: — Не обижайся. Но правда.
— Я не обиделся, — совершенно спокойно ответил тот.
— По тебе никогда не поймёшь, — сощурилась Бич.
— Потому что я никогда не обижаюсь.
— Логично!
Кто бы понимал Амона? Из всех друзей и знакомых Бич была Амону ближе всех и единственная могла хоть что-то извлечь из его обрывочной речи.
Как пара они сошлись не намного позже Джанта и Ив. И если уж Бич его не понимала, не поймёт никто. Всё-таки Джант как верный друг не копался в тайнах товарища, тогда как Бич — переворачивала жизнь бедного Амона с ног на голову. О близких ей нужно было знать всё и всегда. С другой стороны, если бы не она, Джант не знал бы и половины того, о чём осведомлён сейчас.
— Эх, сестрёнка… Мы все за тебя болеем! — Бич сжала кулаки и вдруг вскрикнула: — Ива-а-а! Давай, вперёд!
— Бич, прекрати! Ты её смущаешь, — грозно шепнул Джант, оттаскивая ту от края.
Он искренне надеялся, что в гомоне толпы их не будет слышно. Приглянувшись, Джант увидел, что Ив всё же обернулась.
— Улыбаемся и машем, — тихо сказал Амон, взметнув руку.
Отпустив Бич, Джант тоже помахал рукой. Отсюда он видеть не мог, но надеялся, что Ив и впрямь не смутилась.
— Бич!
— Джант!
— Ты не даёшь Ив сосредоточиться! На ней и так глаза всей Академии!..
— А ты её не поддерживаешь! Жестокий!
Бич закатила глаза. Джант закатил глаза в ответ.
— Вы всё пропустите, — прервал их Амон.
Дружно Джант и Бич обернулись. Путевые взлетели! Джант припал к окну. Бич попыталась его оттолкнуть, но ей пришлось выбрать себе другое окно. От этого окна Джант отлипать не собирался.
Ив раскинула руки. Вместе с другими путевыми, не отставая от них. Волосы её взмыли вместе с ней, волнами ложась на ночной воздух. Мягче ли они стали? Наверняка.
Энергия скапливалась. Вертелась и сплющивалась. Джант смотрел только на Ив.
Рывок. Всё вокруг завертелось — глаза перестали видеть ясно. Но образ Ив застыл во взоре. Стоял, как свет, ведущий сквозь тьму.