кАк ЭмОцИоНаЛьНо ИВУШКА
ОТЛично
(Неизвестный)
Я значусь в качестве проверяющего, директор Неизвестный.
Слишком ненаучно, излишне художественно, много воды.
Хорошо
(Профессор Сервус)
ХеЙ! ТЫ ПоЧемУ сНиЗиЛ? СиЛоЙ сВоЕгО АвТоРиТеТа ЗАПРЕЩАЮ!
шучу. Не НуЖнА-а-а нАм НиКаКа-а-аЯ уЧё-ё-ёБа…
(Неизвестный)
Уместны ли твои шутки и песенки, когда на пороге такое творится?
(Профессор Сервус)
КОНЕЧНО! ЭтО же НоВая ЭПОХА! УвЛеКаТеЛьНо!
(Неизвестный)
Ты как всегда в своём репертуаре.
(Профессор Сервус)
Часть первая. Побег. Глава первая. Надежды
Жухлая трава с раздражающим хрустом рассыпалась под тяжёлым сапогом потрёпанного, испытанного временем доспеха. Этот кусок рухляди верой и правдой служил ему долгие двадцать лет. Гномьи мастера всё-таки умели делать навека.
Неимоверная жара, тяжёлая влага на плечах и тёмные тучи предвещали скорый дождь. Он не любил запах дождя. Если кому-то этот аромат и навевал чувство свежести и обновления, то ему — лишь ощущение мерзкой, склизкой сырости, оседающей в груди.
А ещё ему не хотелось, чтобы мелкая простудилась. Он и так с обязанностями доброго дяди не справляется, так ещё и это. Он о себе едва ли позаботиться мог, а уж о ней…
Он метнул на неё мимолётный взор. Такая… мелкая. Торопилась своими мелкими ножками. Её мелкая тёмная голова устало свесилась, будто собственные немытые волосы тянули её вниз.
Какой же у неё жалкий вид… Платье ей явно уже мало, надо купить новое. Но как? Их разыскивают по всей Эллиадии. К городам даже близко подходить нельзя.
Тогда подшить? Да он как будто умел. Он всю свою жизнь из полезных вещей в руки брал только меч. Может, научись он чему ещё, смог бы стать для мелкой лучшим дядей. Но нет, он не научился. Старого цербера не научить новым трюкам, так?
Подняв голову вверх, он неожиданно увидел свет. На тенистом Горгульем плато промелькнул луч Игниса! По долгу службы он здесь бывал и ни разу не видел яркого света.
— Мелкая, давай, резче! — устало улыбнулся он. — Мы почти дошли!
— Сам поторопись! — возмущённо воскликнула она, гордо вскидывая вздёрнутый нос. — Тащишь свой паладинский доспех, как будто это ржавое корыто кому-то нужно! Он нас замедляет!
— Между прочим, это знак отличия…
— Этот кусок ржавчины? Нет, дядь, ты что-то путаешь. Это — мусор.
— Эх, если бы ты и вправду хотела стать паладином, понимала бы.
Незлобно пожурив, он взъерошил ей волосы. Её милое, вытянутое личико куксилось, в точности как у его старшей сестры. Её матери.
— Просто ты — старикан. Сам уже ржавчиной покрылся. А я — будущее паладинов!
Мечтает о высоком. Ему бы о чём-нибудь помечтать.
Вдруг он заметил, что увиденное им — вовсе не свет. Это были блики. Отражённые пронзительные лучи. Он поторопился. Ему говорили… в том письме. Увидишь блики — мы рядом.
Он побежал. Доспех забренчал на всю округу. Ему казалось, что его преследует эхо самого себя. Но в поле нет эха. Он просто сам собой, звуком растёкся по поляне.
Что только ни померещится с усталости.
— Дядь, ты куда? Дядя!
Побежала за ним. Он улыбался, как дурак. Наконец-то дошли! Богиня, спасибо! Это не мираж!
Черепаховая Академия существует!
Сердце замерло. Вдалеке показался гигантский панцирь. Разве такое возможно?..
Черепаховая Академия — волшебный город внутри огромной черепахи. Легенды не врали. И не преувеличивали. Раскинувшись на краю каньона Горгулий, лежала непомерных размеров черепаха.