— Хей, писака!
Тот дёрнулся. И медленно обернулся. Юн Ги за его спиной неловко улыбнулась, оборачивая любимого хвостом.
— О, я и не думал, что Великая Бич Справедливости одарит меня своим вниманием, — театрально-вежливо кивнул Клопшток. — Что интересует такую нашу первую леди сегодня?
— Можешь сколько угодно издеваться, но я и впрямь когда-то была леди. Так и запиши, — отмахнулась Бич. — А то я тебя знаю. Переврёшь всё, чтобы красивее звучало.
— Да будет тебе известно, в летописи всегда чувствуется рука летописца, — поправил её Клопшток, взмахом головы закидывая назад чёлку.
— Ты архивариус, не летописец. Помнишь?
— К сожалению. Но зато в описаниях природы мне не будет равных!
— Ну, ты со своим громоздким стилем точно каждый камешек пересчитаешь.
— Эх, Бич, ты так далека от настоящего искусства…
— Наверное, ты забыл, что я тоже музыкантка! — подозрительно сощурилась Бич.
— Ваши дикие пляски мало чем похожи на благородные песни…
— Клопшток, ты чего?
О, попал. Бич ехидно ухмыльнулась. Забыл, что Юн Ги тоже с ними в группе?
— Юн Ги, ты в этом тёмном царстве лучик света! — обернулся Клопшток, натянуто улыбаясь.
— Но мы же с ребятами — одно целое! — не согласилась Юн Ги. Кажется, Бич буквально увидела, как у Клопштока вспотела шея.
— Ты привносишь душу в вашу музыку, я уверен.
Вот наглец! Бич хотелось ему всё высказать по этому поводу, но вдруг она ощутила прикосновение.
Амон! Бич от удивления смутилась.
— Ч-что такое? — запнулась она.
Амон кивнул Бич за спину. Обернувшись, она увидела капитана Экса, который достаточно громко прочищал горло.
— Ну что? Вы закончили?
Он взметнул светлые брови. Иногда капитан и впрямь походил на призрака — такой светлый, что едва ли не прозрачный.
— Ай-ай, капитан! — с улыбкой отозвалась Бич и уселась ровно. По крайней мере, как могла ровно.
А теперь пришёл звёздный час Механички. Ведь кто, кроме неё, механика, мог лучше показать, что будет представлять корабль, несущийся в бесконечность?
— Спасямбс большой за пристсвие! — улыбнулась она от уха до уха. Казалось, у неё даже веснушки засветились. — Наверн, вы уж в курсе, зачем мы тут собрались. С радостью собщаю, что мы с другими механиками наконц доработали и протестировали окончательную модель первого космического корабля!
Посмотрев на Пьера, Механичка кивнула. Тот, важно кивнув в ответ, достал из-за спины свиток. И стоило ему начать читать, как его очки зашлись бликами.
А со свитка словно сошли рисунки. Родились, как из яйца. Бич удивлённо застыла, понимая, что рисунок всё рос и рос, что его очертания вот-вот коснутся её лица.
В конце концов, она застыла. Перед ней, как настоящая, парила большая черепаха! Её иллюзорные ласты будто взаправду щекотали чувствительный нос Бич. А в глаза бросался металлический блеск, которым светились радужные чешуйки.
Но что привлекало больше всего внимания, так это большой горящий шар внизу панциря черепахи. Бич попыталась наклониться, чтобы посмотреть, но чуть не ударилась о стол. Рука Амона подхватила её голову до того, как Бич могла удариться.
— Представляю вам корабль «Черепаха»!
Капитан Экс захлопал первым. Точно! Они же так постарались! Бич, конечно же, захлопала следом. Рядом неспешно хлопал Амон. А за ним — радовался Клопшток. Сдержанно, конечно. Гордец не мог даже за сестру порадоваться!
— Итак, чё у нас тут по важным деталям… Так вот! — вспомнила Механичка. — Перчик, пжлст, оберни эту штуковину.
— Ну хоть при всех меня так не называй…
— Да мы с этими оболтусами на другой планете нескольк месяцев торчать будем! Как родные друг другу станем. Да, кэп?
Капитан Экс, беззвучно хохоча, кивнул. Бич улыбнулась. Приживается!
— Так вот. Корабль «Черепаха» — по сути, наш большой сосуд, в котором мы буем пару секунд чертыхаться туда-обратно, до планеты и к Зазеркалью. — Пока Механичка рассказывала, Пьер двигал рукой, отчего и рисунок плавно крутился вокруг своей оси. — Сосуд эт поведёт наша увжаемая путевая Пла… Золотая Ива! Звиняй, никак не могу привыкнуть.