Дойдя до процессии, Джант обернулся. Ива посмотрела ему в глаза, ища в них хоть что-то. А нашла лишь блики солнца.
— Джант… Джант, я тут, если что! — воскликнула она неуместно громко.
— Я знаю, Ив. Пусти меня. Я справлюсь.
Она сжала руку. Нет… Нельзя отпускать…
— Ив, пожалуйста. Ты мне не веришь?
Он улыбался. Так наиграно, что хотелось расплакаться.
— Джант, не уходи…
— А я и не ухожу. Я запомнил: ты здесь. И я тебя не подведу.
Поцеловав её в лоб, он развернулся. Рука его выскользнула из её руки. Он медленно, будто задумчиво, пошёл вперёд. Но он больше не шатался.
— Ива… Могу я спросить? — спросил вдруг капитан Экс.
На миг он снова стал тем новичком, что сидел с ними за кружкой крепкого в таверне академгородка. Ива даже не сдержала улыбки. Каким далёким теперь кажется то время…
— Да, конечно, капитан.
— Такое уже бывало? С Джантом.
Естественно, он напуган. Ива и сама испугалась бы. Если бы её сердце теплело от родного пламени.
— Да. Несколько раз, — выдавила она, смотря Джанту в спину. — Ты слышал о пожаре под Алмазным озером?
— Где погибла целая деревня? — Капитан изумлённо округлил глаза. — Это был…
— Не совсем. Отец Джанта избил его мать. А мать была нимфой огня и… Ну, ты понял. А Джант — следом. Её огонь спалил лес, его — деревню.
Ива не могла говорить об этом спокойно. Не от эмоций — больше из-за чувств самого Джанта. Он не любил, когда о его личных проблемах знал кто-то, помимо него и Ивы.
— Я понимаю, — выдохнула Ива, видя, как капитан Экс безуспешно пытался подобрать слова. — Отец Джанта продал его Академии после этого.
Ива прямо-таки видела, как мировоззрение капитана переворачивается с ног на голову. Уважаемый городской паладин… Его жизнь полна чести и долга. Сталкивался ли он когда-нибудь с бедой обычного деревенщины?
— Сэчико стала ему второй матерью. Или скорее бабушкой, любящей и всё прощающей, — продолжила Ива. — Только она уделила ему долю своего времени. Остальные или ненавидели, или старались обходить стороной.
— Он ведь был всего лишь ребёнком! — удивился капитан.
— Всем бы такое доброе сердце, — улыбнулась Ива. — Наверное, из-за него тебя директор Неизвестный и выбрал.
Видимо, она заставила капитана Экса многое переосмыслить. Нахмурился, словно нашёл неожиданно простой ответ на, казалось бы, сложный вопрос.
— Но… Как же директор? Разве он не заботился о Джанте? — вспомнил капитан.
— Я многого об их отношениях не знаю. Это лучше спросить у самого Джанта.
Тем временем Джант дошёл. Ива обняла себя руками в ожидании.
Он остановился. Ненадолго. На мгновение. Подумал. Попрощался.
Ива видела глаза Сэчико. Закрытые, правда, словно спит. Наверное, Джанту просто хотелось, чтобы она проснулась. Иве тоже бы этого хотелось.
Но ледяной голос разума говорил отчётливое и очевидное «нет».
Джант коснулся панциря рукой. Откуда-то упала искра. Тело загорелось.
Ива отвернулась. Но хруст наполнил уши. В нос ударил знакомый запах. Теперь он вызывал только тошноту.
Закрыв лицо рукой, Ива вскинула глаза к Джанту. Шёл к ней. Он даже не оборачивался. А она — задрожала. Заскулила и громко всхлипнула.
Сэчико… Прости, Сэчико. Как Ива могла? Она виновата во всём. Она должна была погибнуть, а не ты.
— Ив.
Она подняла взгляд. Джант стоял, смотря на неё сверху. Непроницаемым взглядом. Взглядом, полным самого жаркого пламени.
— Не плачь, Ив. — Он пальцами утёр её слёзы, испаряя их. — Мы отомстим.
***
Опустилась ночь. Чувства волчицы обострялись. Глаза хищницы смотрели далеко.
Бич чуяла опасность. Со всех сторон. Она не знала формы, не знала, чего ждать. Но ничего хорошего — это точно.
Что делает охотник, видя, что на него охотятся? Правильно. Ударяет первым.
Незнакомое небо, чужое. Три спутника у планеты, не один. Жёлтый, красноватый и белый. Где ты, Орон, покровитель оборотней? Бич не станет поклоняться самозванцам. Её истоки забыты, но кровь будет кипеть до самой смерти. Во имя отца-мужа Богини.