– Молодец! Хорошо придумал, – искренне похвалила Рита.
Колька смутился, но ничего не ответил. Он вспомнил, что вожатая, несмотря на всю свою смелость и уверенность, являлась новичком в таежной жизни. То, что для Кольки было само собой разумеющимся: например, как вот это – поставить знак, потому что потерять что-нибудь в тайге, это раз плюнуть, для Маргариты являлось открытием. «Она ведь городская». Иголочка сомнения в хорошем исходе, снова кольнула его.
Это произошло, когда они уже отошли на край поляны. Еще бы немного, они ушли бы обратно в лес, и тогда не увидели этого. Маргарита уже ступила на тропинку, а Колька оглянулся в последний раз, чтобы убедиться, что шапку видно издалека. Все нормально – красное пятно хорошо выделялось на фоне зелени. Он отвернулся и шагнул вслед за вожатой. Но тут же резко остановился и развернулся обратно. Сначала он сам не понял, зачем он это сделал, но тут же до него дошло. Он сообразил, что его остановило. В том краю, где они оставили труп девочки, глаз уловил какую-то несообразность. Колька смотрел только вверх, на шапку, и то, что внизу зацепил мельком. Просто без внимания скользнул взглядом. И только через секунду мозг осознал ту картинку. Труп лежал не так, как они его оставили. За то время, что они шли через поляну, кто-то успел переложить девочку.
– Маргарита Семеновна, – не оборачиваясь, позвал он. – Посмотрите, пожалуйста.
Ему все-таки не верилось. А вдруг он ошибается. Вдруг все так и было.
– Что там? – спросила за спиной Рита. Но Колька уже не смог ответить. Слова застряли у него в горле. То, что он видел, никак не может происходить на самом деле. Но это происходило! Валентина шевелилась. Она пыталась встать.
– Да, она живая! – услышал он рядом удивленный крик, и, Маргарита, протянув руки к девочке, побежала обратно. Ошеломленный Колька пошел за ней. Он не успел сделать и трех шагов, как услышал душераздирающий крик Маргариты. Он резко остановился, словно налетел на прозрачную стену, и растерянно смотрел, как верещащая Маргарита, задом отползала от девочки. Валентина подняла голову, и Колька увидел её глаза.
***
Они не могли говорить. Оба дышали так, словно их перед этим гнали в километровую гору. Они судорожно глотали воздух и расширенными глазами глядели друг на друга. Наконец, Колька немного отдышался и смог вытолкнуть из глотки слова:
– Что это? Она мертвая?
Безумные глаза Маргариты остановились на нем. Она прохрипела:
– Я не знаю. Я теперь ничего не знаю.
Они опять замолчали. Колька снова переживал все события последних часов. Теперь ему абсолютно ясно, что надо уходить отсюда, от этой проклятой деревни. Даже не уходить, а убегать! Прямо сейчас бежать к лодкам. «А если там их уже ждут?» От этой мысли у него поползли мурашки. «Ведь с самого начала думал – на хрена? Провели бы этот костер в деревне. Ничего бы не случилось. Также бы порадовались и разошлись. А теперь, что делать?» Он зло глянул на пионервожатую. Та привалилась к дереву и безвольно опустила руки. Глаза смотрели в землю. «Все она виновата». Он хотел разозлиться на Риту, потому что знал, что это поможет. Этому его научила мать. Она часто говорила:
– Сынок, если плохо, поругай кого-нибудь, позлись на него, тогда на него перейдет, а тебе полегчает.
Колька подозревал, что во многом из-за этого отец и ушел от них. Однако разозлиться на вожатую у него не получилось. Слишком уж беззащитно и доверчиво выглядела девичья шея. Словно почувствовав его мысли, Маргарита подняла голову.
– Ты, прости меня, Коленька. Это я во всем виновата. Бедные ребята. Мне так жаль.
– Да, ладно. Вы же не знали, – он постарался говорить солидно, как мужик успокаивающий девчонку, но не получилось. Голос сорвался и закончил фразу он по-мальчишески тонко.
– Ты, знаешь, Николай, я могу справиться с любой бедой, – Рита говорила серьезно, словно, действительно, признала в нем равного: – Но только если я понимаю, что это такое. Мне не страшен ни один человек. Но тут…
Она опять замолчала. Он уже хотел опять пробормотать что-нибудь ободряющее, но она перебила.
– Что это такое, Коля? Разве может быть такое на свете?
– Не знаю. Но, наверное, бабки не зря рассказывали. Откуда-то они же взяли это.
Колька понял, что сейчас самый момент. Сейчас Рита может согласиться.
– Маргарита Семеновна, нам надо уходить. Доберемся до лодок, потом до деревни, а там уже милиция. Они-то с любыми мертвыми справятся.
Однако он ошибся. Она посмотрела на него. Из глаз девушки исчезло то безумное выражение, что так поразило его. Но теперь в них сквозила обреченность.
– Да, Коля, тебе надо уходить. Доберешься до деревни и сразу в сельсовет, пусть в район звонят. Ну, дальше, ты сам знаешь.