Как Колька не заставлял себя, убежать от Пашки он не мог. Он не мог этого сделать и раньше, в той жизни, а сейчас, ослабевший и испуганный, он стал еще более легкой добычей. Он уже слышал топот и яростное дыхание совсем рядом за спиной, и понимал, что еще пять-шесть шагов и кулак Филина врежется ему в спину. Но, вдруг, все изменилось. Колька почувствовал, что что-то произошло, но мозг еще не переварил это, и не понял, что изменилось. Лишь через несколько секунд до него дошло, что он ничего не слышит за спиной. Колька схватился за тонкую березку и крутнулся вокруг нее. Пашка отстал! Он стоял метрах в десяти и, не отрываясь, смотрел на Кольку. При этом что-то говорил. Колька прислушался.
– Остановись. Мне нельзя дальше.
Что? Он даже не понял сразу, про что тот говорит. «Ему нельзя дальше?» Наконец, смысл фразы дошел до него.
– Тебе нельзя? – задыхаясь, переспросил он. Пашка словно не слышал. Он продолжал гнуть свое.
– Подойди сюда. Пойдем со мной. Ты очень нужен.
Заученные, чужие слова непривычно звучали в исполнении Филина. А про смысл Колька даже задумываться не стал. Все равно не поймет. Единственное, что он отметил – колдун тоже звал с собой Маргариту Семеновну, а когда они вернулись, её уже не стало. «К черту!» Понятно, что он никуда не пойдет с Пашкой. Пусть медведь с ним идет.
Колька еще с полминуты пытался отдышаться и удивлялся, глядя на топтание своего главного обидчика. Похоже, тот действительно, не мог идти дальше. Он топтался на месте, смотрел на Кольку и продолжал тупо повторять одно и то же.
– Эй, ты, Филин, а если ты пойдешь со мной, что будет?
– Мне нельзя. Иди сюда ты. Ты нужен.
Колька уже собрался уходить, развернулся, но тут ему в голову пришла дерзкая мысль. Такая глупая идея явно накатила от того, что он слишком обрадовался неожиданному спасению. «Интересно, насколько близко я смогу подойти к нему?» Колька затаил дыхание и сделал пару шагов к Пашке. Тот протянул руки, но не сдвинулся с места. Это добавило храбрости. Он шагнул еще пару раз. При этом готовясь в любую секунду сорваться. Однако Филин продолжал топтаться и бормотать свою галиматью. Колька осмелел настолько, что сделал еще шаг. Теперь их разделяло только пару метров.
Сейчас Колька мог разглядеть все, что хотел. И он вдруг понял, что из глаз Филина, на него смотрит совсем не Пашка. Тот лишь изредка, на миг появлялся и снова исчезал. В такие моменты глаза оживали, и Колька узнавал этот взгляд. Однако через секунду, Пашка снова пропадал, и на Кольку опять смотрел чужой. По затылку опять поползли мурашки, но Колька пересилил себя. То, что Пашка не может перешагнуть какую-то определенную черту, вообще превращало все в сказку. Заколдованный мир, со своими границами. Значит, все-таки колдовство, а ни какая, ни болезнь. И права была бабушка, рассказывая про эту деревню. «Если спасусь, в эту сторону даже шагу не шагну. Пусть ученые разбираются»
Но сейчас эта граница имела для него практический интерес, и надо выяснить об этом все. Пока не появился колдун. Того никакие границы не держат. Та мысль, что только что остановила его, начала оформляться уже в стройную концепцию. А если перевести сейчас Пашку через эту черту? Вдруг он превратится в нормального? Это показалось Кольке вполне разумным. Ведь в сказках так и было: надо вырваться из-под опеки колдуна, выбраться из заколдованного царства, и тогда придешь в себя. Только вот как заставить Филина переступить черту? Может подразнить его?
– Филин, ты чучело! Я тебя сейчас отпинаю.
Будь Пашка нормальным, жить бы Кольке после этих слов осталось недолго. Но сейчас ничего не произошло. Филин не среагировал. Все-таки Колька оставался мальчишкой: невозмутимость Филина раззадорила его. Он почти забыл, что Пашка не единственная его проблема. Ему захотелось обязательно добиться своего. Кроме основной темы – расколдуется ли Пашка, его теперь подгоняла возможность хоть немного почувствовать свою власть над давним обидчиком.