Женька снова посмотрела на темный провал окна и поняла, что ей показалось. Никого там не было. Она хотела уже позвать Андрея, – он только что скрылся за дверью – но подумала – зачем? И так считает её трусихой. Может это он и был. Может, просто быстро прошел через весь дом. Она знала, что он не будет на нее злиться, только улыбнется и скажет что-нибудь успокаивающее. Но ей, действительно, стало не по себе. «Зачем я согласилась сюда идти?» Она снова посмотрела вокруг – точно, как на кладбище. Женька вспомнила ежегодные посещения могилы бабушки. Перед тем, как подойти к её оградке, они проходили целое поле заброшенных могил неизвестных. Тех, кого хоронили за счет города. Там только новые холмики с простыми деревянными крестами были похожи на могилы. А старые, обвалившиеся, с упавшими крестами, всегда производили на нее гнетущее впечатление. Здесь так же. Только тут сильнее.
Женя посмотрела на часы. Прошло всего десять минут, но ей казалось, что она сидит тут уже больше часа. Она поерзала на скамейке, стараясь усесться удобнее, и почувствовала в кармане куртки телефон. Достала гаджет и включила, потом глянула на крыльцо – не появился ли Андрей. «Да, ничего, – оправдала она себя. – Не разрядится. Просто посмотрю, как получилась. Вдруг опять жирная там выгляжу. Лучше сразу удалить, а то Андрей, как всегда начнет спорить, что хорошие фотографии».
«Да что же это такое? – Женька в растерянности раз за разом возвращала видео на один и тот же вид. – Но это же есть. Это не спецэффекты. Сама снимала». Она вскочила и закричала:
– Андрей! Иди сюда! Я тут такое нашла!
Она снова запустила момент и попробовала увеличить изображение. Получилось. Правда, теперь, в увеличенном виде, становилось не совсем понятно, что там движется. «Нет в нормальном формате лучше видно», – подумала она и снова вернула нормальный размер. Потом подняла голову и озабоченно посмотрела на приоткрытые двери. Андрея до сих пор нет. И он даже не отозвался. «Не слышит что ли?»
– Андрей! Ты где?
Однако крик снова остался без ответа. «Да, что это такое? Может с ним что-то случилось?» В голове понеслись картины одна другой ужасней. Но Женька быстро справилась с собой. «Что может случиться в пустом доме?» Еще пару секунд она колебалась – идти и еще подождать? Но сразу поняла, что тревога теперь не даст ей покоя, и будет только разгораться. Она решительно направилась к дому.
Деревня оказалась совсем небольшой. Чуть больше двух десятков домов. Женька обежала её всю из конца в конец за десять минут. Она остановилась на дальнем краю, на возвышенности. Совсем недалеко, за плотной полосой леса вздымались скалы. Деревенька пряталась в треугольнике, зажатом с двух сторон скалами, а с третьей стороны её ограничивала река. Похоже, подойти сюда можно было только с этой стороны. Девушка кусала губу, чтобы не заплакать, и крутила головой. Она вглядывалась в каждое подозрительное место. Пару раз ей показалось, что она заметила движение, но оба раза это оказывался куст и ветер. Андрея не было!
Женька сорвала горло, бегая по заросшим травой узким улицам, но все оказалось напрасно. На её крик отвечала только тишина. Она подавила всхлип. «Слезами делу не поможешь. Надо идти по домам. Не мог же он улететь?» Если сначала она думала, что Андрей решил подшутить и попугать её, то сейчас отбросила эту мысль. Это не могло затянуться на столько. Он никогда бы так не поступил, это совсем не в его характере. Иногда, Андрей даже казался занудой, слишком он все делал правильно. «Но что могло случиться?» И сразу же ответила себе: миллион всего. Мог куда-нибудь провалиться. Дома простояли уже наверное века, сгнили все полы. Вполне может быть он сейчас лежит в каком-то доме. Ударился головой и потерял сознание. Да, такое могло произойти и без всякого проваливания полов. Просто запнулся, полетел и об какой-нибудь угол…
Она даже представила себе эту картину: Андрей лежит, а под его головой, уже собралась лужа крови. «Перестань!» Женька знала, что если сейчас же не начнет шевелиться, то может накрутить себя до истерики. Поэтому больше не раздумывая, она направилась к ближайшему дому. «Начну с этого, так и пойду». Как только она решила, что делать, ей стало легче. Так всегда бывало – поставленная цель заставляла её мобилизоваться. Она знала, что потом, вспоминая, она может и посомневаться, может подумать, что можно было поступить не так, а по-другому. Но сейчас, во время выполнения задачи, сомнениям места не будет. Как говорила мама – это потому, что ты телец. Как твой папа: упрется во что-нибудь и будет переть, как бульдозер.