Наиболее храбрые длинными жердями подтащили несколько близлежащих копий, и, колонна двинулась вперёд. Только теперь все поняли, почему проводники так настаивали, что бы они шли буквально в след друг другу.
Медведь вновь пошёл рядом с их телегой, сжимая копьё, иногда по его грязному лицу, покрытому капельками пота, пробегала короткая дрожь. Никитин хорошо понимал его чувства, быть съеденным такой тварью, такого не пожелаешь и злейшему врагу.
Кроме Медведя, по земле шли теперь только проводник с помощником и ещё пятеро наёмников, остальные, после такого случая, быстро забрались на телеги, справедливо полагая, что здесь этим тварям будет гораздо труднее достать их.
Даже справить нужду теперь никто не отважился в одиночку, только на перевалах и после того как проводник осмотрит это место и даст добро.
Часа через два после этого события к помощнику капитана подошёл проводник и стал допытываться у него, как он увидел уку — так он называл эти существа, Медведь отослал его к Никитину. Старик некоторое время шел рядом с их повозкой, бесцеремонно разглядывая Сергея, потом резко задал вопрос.
— Ты видишь замаскированные ямы уку?.
Никитин признался что видит.
— Сколько здесь ям? — палец старика указал на место неподалёку от них.
— Я ничего не вижу.
Старик удовлетворённо кивнул головой и вскоре ткнул пальцем в ещё одну зону, испытывая его. Там Никитин увидел целых две ямы, о чём он и сообщил старику, показав ему два пальца. Старик удовлетворённо закивал головой, и торжественно произнёс:
— Боги действительно наградили тебя истинным видением!. Ты не врёшь, ты действительно видишь ямы уку. На моей памяти ты третий, не нашего племени кто их видит.
— А кто были те двое? — полюбопытствовал Медведь прислушивающийся к их разговору.
— Они не принадлежали к нашей расе. Один был теро, а второй была женщина — жрица горо.
Старик немного промолчал, потом неохотно признался:
— Даже у нас в племени не все обладают способностью видеть норы этих зверей, хотя мы их и учим этому с младенчества.
— А как они ухитряются так маскировать свои ямы — полюбопытствовал Сергей.
— У уку клейкая слюна, к которой хорошо прилипает песок — начал неторопливо объяснять ему старик — Потом его слюна застывает, маскируя ловчую яму, но как только животное или человек наступит на это место и проваливается, то уку выбрасывает свои щупальца и хватает добычу. А большие уку могут, не дожидаясь, выпрыгнуть из ямы и схватить свою добычу. Они быстрые как копья.
Медведя передёрнуло от отвращения.
— Скорей бы добраться до нормальной земли где нет таких тварей!. - хрипло сказал он.
— Скоро уже придём. Уку живут только здесь в этом месте, они порождение крови бога….
Тут старика прервали. С головы колонны послышался протяжный крик его помощника, и старик поспешил туда. Колонна остановилась, Сергей привстал на телеге и оглядел возникшее препятствие.
В этом месте, стены каньона очень близко сходились, так что ширина прохода составляла всего метров пять. Оба проводника, остановившись неподалёку от горловины и, о чем-то громко спорили на своём языке, потом разошлись и стали внимательно всё осматривать вокруг.
Прошло, наверное, полчаса, а караван всё никак не мог выступить в путь, Никитин, пристально глядя себе под ноги, решительно двинулся в голову каравана.
Наемники, сидящие на телегах, провожали его уважительными взглядами, но никто так и не захотел слезть на землю. Подойдя к передней телеги, он понял причину, столь бурного поведения их проводников.
Весь этот узкий перешеек перегораживало несколько больших ям-ловушек этих тварей. Причём возможности обойти их не было, огибая одну яму-ловушку, они непременно попадали в другую яму. Сужающиеся в этом месте стенки каньона, не давали им возможности миновать эти ямы.
— Н-да ситуация — пробурчал Сергей себе под нос.
Наконец утомлённые сидением к ним присоединился их капитан и его помощник, оба они осторожная ступая по следу Сергея, подошли к нему. Проводники закончили переговариваться, подошли к ним и изложили суть проблемы. Медведь вопрошающе посмотрел на Никитина. Тот кивнул головой, подтверждая слова проводников.
Повисло тягостное молчание.
— А если мы начнём кидать их большими камнями, эти твари уберутся под землю? — спросил проводника Никитин.
— Нет. — старик покачал головой и обвёл ямы-ловушки морщинистой рукой. — Ты видишь, что здесь большие норы и уку, скрывающиеся под землёй очень крупные. Чем больше яма, тем крупнее уку. Живущий здесь, — проводник указал копьём на ближайшую яму — раз в пять больше чем тот, которого вы прогнали и его щупальца тоже длиннее.
Старик присел на камень и вытер полой лёгкой куртки лицо, по которому тёк обильный пот, потом невесело улыбнулся на мгновение показав жёлтые зубы.
— Что бы кинуть в него большой камень нужно приблизится к нему достаточно близко, а такой большой улу может выпрыгнуть из ямы и схватить человека на расстоянии трёх длин моего копья, а может быть и дальше.
Все вновь замолчали. Да весёлая ситуация, Никитин почесал затылок.
— Три длины его копья это примерно шесть метров, — мысленно прикинул он — да ещё надо добросить камушек килограмм эдак в тридцать, меньше такая зверюга даже не почувствует.
— А может быть пожертвовать одним быком?. - предложил Медведь.
Нос мрачно на него посмотрел, ему явно не хотелось терять своё имущество.
Старик покачал головой и, указав копьём в сторону ям, сказал:
— Их там трое и все они очень крупные, почуяв, что их товарищ, что-то схватил, они выскочат на поверхность, и будут кидаться на всё, что движется. Хорошо если они станут драться со своим более удачливым собратом за добычу, но скорее всего они накинутся на наш отряд и.
— Ну и сколько же им дать быков, что бы они от нас отвязались — сварливо сказал Нос.
— Не меньше трёх.
— Ладно, давай!.
Наёмники торопливо, отпрягли самого плохого быка и погнали его к ямам, но, не доходя до ямы животное, упёрлось и, не смотря на побои, не хотело идти дальше. Сами погонщики опасались идти дальше, никому не хотелось попасть в щупальца этим тварям. Бык неожиданно извернулся и убежал в сторону от каравана, наёмники ринувшиеся было за ним, застыли на месте, вспомнив, что и здесь могут быть ямы-ловушки.
Убежавшее животное через некоторое время остановилось и стало спокойно щипать редкую травку. Все сгрудились в кучу и стали совещаться, проводники советовали им вернуться обратно, ссылаясь на то, что боги не хотят, что бы они двигались дальше.
— Правильно говорят — мысленно поддержал старика Никитин — Мне и самому не хочется ехать к этому Альбиносу.
Но идея старика наёмникам не нравилась. Жадность явно туманила им глаза. Все с тоской смотрели на такой близкий и недоступный выход из этого каньона. Светило медленно клонилось к закату, длинные тени от высоких пиков падали на дорогу, как бы подтверждая, что дальше для них путь закрыт.
Никитин перевел взгляд с каменных пальцев на выход из долины. До зелёного пятно травы было буквально рукой подать. Перспектива возвращаться его, как и всех остальных в отряде, не вдохновляла.
Более того, если им придётся заночевать здесь в каньоне, то нужно было иметь в виду, что эти твари по ночам иногда вылезали из своих ям и подползали к животным или путешественникам, если те оказывались поблизости.
Конечно, на поверхности они были неуклюжи, но по рассказам проводника, могли прыгать с места метров на пять, если такая тварь подползёт к спящему, то особой ловкости ей не понадобится. Расплющит!.
Никитин подозревал, что проводники несколько не договаривают как опасно их положение, что бы окончательно не испугать их.
Ведь что стоит этой твари просто подобраться поближе под землёй, выкопать отверстие и быстро напасть. Такое вполне могло быть, пока караван стоял на месте. Да и сейчас эти твари могли учуять вибрацию почвы и начать свой подкоп.