Между последней страницей и обложкой альбома натыкаюсь на более поздний снимок Александра. Он сфоткан в полный рост, одет в обмундирование спецназа. В руках держит автомат. На обратной стороне фотографии стоит дата и подпись размашистым мужским почерком: «Привет из Сомали».
Минут пять походив из угла в угол по квартире, беру телефон и звоню отцу. Не вижу смысла мучиться догадками, когда можно спросить напрямую.
— Пап! А почему ты мне не сказал, что Александр - твой друг? – выпаливаю сразу в лоб.
— Как ты узнала? – голос отца звучит напряжённо.
— Я смотрела старые фотки и увидела его.
— Понятно. В любом случае, сейчас это не имеет значения. Родионов - твой телохранитель. Остальное неважно.
— А почему вы столько лет не общались?
— Мы общались, но редко. Александр постоянно служил в горячих точках. Ев, не могу больше разговаривать, у меня совещание.
— Ну, хорошо. Пока.
М-да… Ясно, что ничего не ясно. Впрочем, копаться в этой истории дальше я не собираюсь. Иногда прошлое лучше не ворошить.
Покрутившись около остывшего пирога, решаю отнести его Родионову. Раз уж он не хочет приходить ко мне, то пусть ест в гордом одиночестве.
Поднимаюсь на два этажа выше. Звоню в дверь.
— Ева? Привет! Ещё раз, - бормочет Александр, удивлённый моим появлением.
В домашней одежде Родионов выглядит не менее привлекательно, чем в деловом костюме. Чёрная футболка обтягивает мощную грудную клетку и плечи. Трикотажные штаны цвета тёмно-серый меланж подчёркивают мускулистые бёдра.
— Это Вам, - протягиваю ему тарелку с пирогом.
— Не нужно было…
— Я пекла его для Вас! Но Вы же боитесь ко мне в квартиру заходить, как будто я заразная, – перебиваю Александра, буквально всовывая ему в руки блюдо с тартом. Задолбал своими «Не нужно», «Не хочу»! Неужели так сложно просто принять и поблагодарить? Я же от души хочу его угостить. А он ведёт себя, как бука.
— Приятного аппетита! – на последних словах в горле вдруг образуется ком, а к глазам подступают слёзы. Круто развернувшись на пятках, убегаю по лестнице к себе на этаж. В спину летит:
— Стрекоза! Подожди!
Ну уж нет! Не хотел моего общества? Так и сиди один!
Глава 8
Ева
В обед звонит Дамир. Предлагает вечером зависнуть в ресторане. Но у меня нет ни малейшего желания выбираться из своей берлоги. К тому же, повторения свидания втроём я не хочу.
В прошлый раз в кино сидела, будто на раскалённых углях. Я в принципе не люблю проявление нежностей на людях, а тут ещё Александр наблюдал, как мы с Дамиром целуемся. Не чаяла, когда фильм закончится.
Поэтому приглашаю парня на ужин к себе домой. Здесь бдительное око Родионова нас не достанет.
— Привет, малыш! – Дамир появляется на пороге ровно в семь.
— Привет! – принимаю большой букет алых роз от гостя и дарю благодарственный поцелуй.
— У тебя так вкусно пахнет! – улыбается парень.
— Я лазанью приготовила. Проходи!
Он отдаёт пакет с бутылкой вина и фруктами, а сам идёт в ванную мыть руки.
— Наслышан о твоих подвигах прошлой ночью, - смеётся Дамир, откупоривая вино.
— Не вспоминай, - отмахиваюсь, раскладывая по тарелкам еду. – Если бы не Алекс, упекли бы меня за решётку.
— Алекс? – парень вопросительно вздёргивает смоляную бровь.
— Мой телохранитель. Помнишь его? Он в кино с нами был.
— И с каких пор он стал для тебя «Алексом»? – Дамир недобро прищуривается. Он патологически ревнивый. Любого готов растерзать, кто посмотрит в мою сторону. Когда увидел, как я выходила с танцевальной тренировки с Сергеем и на прощание поцеловала его в щёку, устроил дикий скандал. Думала, утрамбует в асфальт бедного паренька. А Серёга – божий одуван, которого как мужчину и воспринимать-то нельзя.
— Ну, вообще я обращаюсь к нему «Александр», но про себя называю «Алекс». Так короче. А Саша ему как-то не подходит. Слишком просто. Он скорее похож на суперагента из голливудских фильмов, чем на «Сашу».
— Запала на него? – в карих глазах Дамира начинает клубиться темнота.
— Нет, что ты! – нагло вру. Это тот самый случай, когда ложь во спасение. Я и так, кажется, сболтнула лишнего. Вон как ноздри у «Отелло» раздуваются. Не ровен час дым пойдёт.
К тому же, моё отношение к Родионову может быть каким угодно, это ни на что не влияет. Я для Алекса просто очередная клиентка, дочка старого друга. Не более того.
Постепенно Дамир успокаивается. За ужином мы обсуждаем общих друзей и будущий митинг против завода. Парень не разделяет моих взглядов по данному вопросу и отговаривает меня от участия в мероприятии. Однако я остаюсь непреклонной.