— Ты действительно считаешь меня таким мудаком? После всего? — тихо спросил он, и Рей сдавило грудь.
Он вдруг осекся. Нова ведь и здесь нащупывает его пределы, проверяет, когда она надоест ему с этими разговорами и он оттолкнет её. Боится стать по-настоящему близкой. Террон взял её лицо двумя руками и, смотря в глаза, спросил:
— Лин, чего ещё ты боишься?
Она почувствовала мурашки между лопатками. Сержант Нова ничего не боится… Ничего, кроме нападений, пока она спит… Ничего, кроме собственной слабости… Ничего, кроме обмана тех, кому доверяет… Принц уже все это знает и из шкуры вон лезет, чтобы доказать ей свою честность. Он не отвечал на её вопросы, только потому что не хотел ей врать, а правда требовала сил и времени. Террон спас Рей — и не раз. Он не Люциус, легко разменявший её, как мелкую монету.
Что-то мерзкое шевельнулось в горле.
— Прости… — прошептала она, впервые признаваясь себе, что делает ему больно из мелочной злобы за его превосходство и силу. Из-за того, что боится — он сделает ей гораздо больнее, когда предаст или уйдет.
Рей просила у него прощения. До этого в их отношениях появилось правило не прибегать к этому, но Террон ощутил в её тоне такую слабость и беспомощность, что захотелось принять её сожаление. Это она не умеет прощать. Террон сильнее её и взрослее.
Он подался вперёд, сомкнув с ней губы. Впервые их поцелуй и дыхание слились в одном порыве. Здесь не было ведущего и ведомого, лишь быстрые и трепетные прикосновения, как крылья бабочек. Сотня тысяч «прости» эхом в друг друге. Рей сама не подозревала, что способна на подобную мягкость, близкую к нежности. Она не хотела останавливаться, принимая его чувства, словно и этот голод больше не могла сдерживать. Её тело требовало близости.
Террон первым с трудом оторвалась от девушки. Это вызвало у Рей досаду, чувствующуюся физически. Каждая клеточка тела, каждый нерв её стонали от сожаления.
Задыхаясь, Террон закрыл глаза и сказал:
— Нова, если ты сейчас снова скажешь мне какую-то грубость, я точно тебя убью…
Рей сглотнула, поражаясь, как они вообще находят общий язык, ведь им все время приходится читать друг друга между строчек. Смотря на Террона, она запустила руки в его густые темные волосы. Колючее одеяло соскользнуло с её плеч, но ощущение шелка между пальцами казалось слишком приятным. Кто бы мог подумать, что его волосы такие мягкие на ощупь.
— Что ты сделал со мной? Почему мне кажется, я сама умру, если ты остановишься сейчас, — проговорила почти шёпотом Рей, растворяясь в темнеющих глаза принца.
Террон пораженно смотрел на неё, раздувая ноздри, будто силился разом собрать весь её запах. Рей чуть судорожно сглотнула, понимая, что он тоже на грани.
— Лин, — обещания того, что он будет мягким и аккуратным, застряли в горле. Принц боялся очередной насмешки от неё, боялся снова испортить момент. Орион боялся этой девчонки и хотел. Он коснулся губами её подбородка, скулы, шеи на пробу. Нова не отстранилась, подрагивая под его прикосновениями.
Орион выдохнул, обжигая горячим воздухом её кожу, испытывая острую необходимость изучать Рей, каждый её вздох и реакцию на прикосновение и проникновение. Изучать пальцами и губами каждый сантиметр кожи, каждый укромный уголок тела и сознания.
Он сильнее впился губами в её шею и скользнул рукой по груди. Никогда ещё ткань майки не казалась ему такой грубой и ненужной, когда под ней скользил тонкий шёлк её кожи. Террон поймал между указательным и средним пальцем проступающий бугорок соска. И они с Рей в унисон вздохнули. Террон, не выдержав этого единения, оторвавшись от шеи, положил лоб на её плечо. Посмотрел вниз на то, как грудь Рей поднимается и опускается от дыхания. Как красиво и изящно его пальцы удерживают её сосок в «плену» через ткань. Террон сегодня уже видел её грудь обнаженной, но даже тогда она не выглядела так прекрасно и желанно.
Рей, сама подставлявшая секунду назад ему шею, от этого тягучего мгновения прикусила губу. Почему Террон медлит теперь? Передумал? Рей недостаточно хороша для него или Орион теперь мстит за её неприступность? Неужели она должна умолять его? В ней уже зажглось это проклятое желание, которое так сложно затушить.
— Лин, — медленно заговорил Террон, а ей захотелось его ударить. — Если ты захочешь меня остановить… — мысли путались между «Да» и «Нет». — Лучше сделай это сейчас, иначе я сойду с ума… — пальцы так и не отпустили её грудь, еле заметным движением вырывая от неё желанный выдох, близкий к стону.