Сбор информации о подозрительных личностях, посетивших похороны, оказался делом еще более муторным, чем выявление этих самых личностей. Если сначала я испытывала азарт, подкрадываясь ближе и подслушивая разговоры Аррона с лавочниками, соседями, родственниками этих людей и боялась быть обнаружена, то во второй половине дня пришла к выводу, что следить за телохранителем не так уж весело, как я себе представляла.
Но, конечно, все равно веселее, чем сидеть в четырех стенах. Свежий воздух, опять же. Мимо проехал обильно политый духами юноша, я чихнула и злобно уставилась на Алистера, застрявшего в трактире. И ладно бы, он там делом занимался, так нет же. В окно прекрасно было видно, что мой телохранитель самым бессовестным образом… ел.
Ну и ладно. Я тоже голодна. И я тоже буду обедать. Тем более, скоро ужин. Я решительно спешилась и зашла в так кстати расположенную рядом булочную. Как назло, у прилавка образовалась очередь, пришлось ждать. Но Алистер, казалось, никуда не торопился. Я расположилась за столиком и с комфортом перекусила, поглядывая в окно трактира. У меня, конечно, был маячок, но, как говорится, лучше один раз увидеть… как мой телохранитель флиртует с подавальщицей. Я аж задохнулась от возмущения. Я, значит, «дома сижу», жду его, а он тут развлекается.
20.04
Я проглотила застрявший в горле кусок, выдохнула и попыталась призвать мысли к порядку. Аррон ведь занят делом, ну зашел перекусить, так мужчина почти весь день на ногах, и мое возмущение тут совершенно неуместно. Я просто… просто ревную. Прекрасно! Эбигейл, я тебя поздравляю.
Так, стоп. Процесс рационального мышления запущен, а потому ругать себя я буду после. Я прикоснулась к висящему на шее маскирующему внешность амулету и задумалась: а как давно Алистер меня обнаружил? Ведь неслучайно же он выбрал место, в котором два заведения, где можно поесть, расположены так близко друг к другу.
Ну просто таких мест мало, это же очень невыгодно. Конечно, неслучайно. Это же Алистер. Профессионал своего дела, демон его побери. Что для него какая-то девчонка, впервые в жизни решившая устроить слежку? Определенно, сидение в четырех стенах оказывает тлетворное влияние на мои мозги. Я дожевала слойку и поднялась. Надо идти каяться.
-Скучаете, юная лира? – дорогу преградил молодой парень, ростом на пару дюймов ниже меня.
Впрочем, недостаток роста отлично компенсировался высоким самомнением. Юноша и не подумал уступить мне дорогу после вполне однозначного ответа, еще и посоветовал прекращать ломаться.
-Если вы сейчас же меня не пропустите, пожалеете, - прошипела я, вырывая руку из цепкого захвата.
Не знаю, чем бы все закончилось, если бы Алистер решил меня проучить и молча подождать развития событий. Но мой телохранитель, конечно, поступил как настоящий мужчина: спас лиру от хулигана. Последний понятливо испарился, как только на его плечо легла широкая ладонь.
Алистер же молча вывел меня из булочной, завел за угол и пришпилил к стене, нависнув надо мной каменной глыбой. Я виновато потупилась и уже собиралась начать извиняться, но он начал первым.
Нас накрыл звуконепроницаемый щит. С каждым предложением голос Алистера звенел все больше от едва сдерживаемого гнева. Я закипала. Обиднее всего, конечно, было то, что он прав. Я бы это, может быть, даже признала и покаялась, если бы он не обзывался.
-Прекрати уже меня воспитывать, - не выдержала я. – Я тебе что, ручная зверушка, чтобы терпеливо дожидаться дома? Вообще-то, мне скучно!
-Зато мне сегодня твоими стараниями было ой, как весело, - рыкнул мужчина, опаляя дыханием мой лоб. – Раз не понимаешь по-хорошему, будет по-плохому.
Что значит его «по-плохому» я поняла только на следующее утро, когда попыталась выйти в сад. Точнее, сначала даже не поняла, просто остановилась в дверном проеме, налетев на невидимую преграду. Ощупала пространство руками и высказала пару нелестных комментариев в адрес ушедшего телохранителя. Он даже не счел нужным дождаться меня за завтраком, просто ушел. Молча. И вчера со мной весь вечер не разговаривал. Теперь-то я понимала, почему – совершенствовал защиту, а тогда думала, мне назло притворялся, что спит, сидя в кресле.