-Эби, что-то не так?
-Все так, - буркнула я, не имея возможности объяснить свое поведение так, чтобы причина была хотя бы отдаленно похожа на адекватную.
К сожалению, ничего, кроме обвиняюще-обиженного «ты меня не лю-ю-уби-ишь», в голову не лезло. Правду говорят, что, влюбляясь, люди глупеют. Может, я поэтому не могу разобраться с разработками отца?
-Я тебя обидел… тогда? – неуверенно спросил блондин.
Робкие нотки в тоне Алистера? Это что-то новенькое! Я даже немного развеселилась и едва успела поймать поползший куда-то в сторону уха уголок рта.
О, еще как обидел. Только не в том смысле, который ты подразумеваешь.
-Прости, я позволил себе лишнего, - уже более твердо продолжил он, так и не дождавшись моего ответа. – Больше этого не повторится.
От этих извинений я разозлилась еще больше и, бросив короткое «забудь, все в порядке», вышла во двор.
18.05
Нужно остыть и взять себя в руки. И прекратить обижаться на Алистера. У меня, если уж на то пошло, нет объективных причин на него дуться. Аррон ни словом не упрекнул меня в том, что я утаила от него свою возможность колдовать и что влезла, куда не следовало. Даже не попытался прочитать мне нотацию о том, что я нарушаю закон, да и вообще с печатью моей ничего не сделал. Хотя по правилам должен был.
И за удар ничего не сказал. А потом вообще извинился. Золото, а не мужчина! Я подавила волну глухого раздражения и продолжила заниматься самовнушением.
Аррон не виноват, что я веду себя как идиотка. И пора бы уже начинать действовать, руководствуясь мозгом, а не своими порывами. И перестать растекаться лужицей каждый раз, когда он ко мне прикасается.
Я сходила умыться, в этот раз спокойно использовав заклинание ночного видения, и вернулась в дом уже почти в полной гармонии с собой.
Алистер уже лег спать. На умирающую кушетку. Отлично, так даже лучше. Пусть уходит, пока я не успела привыкнуть.
Однако, как выяснилось, успела. К хорошему вообще на удивление быстро привыкаешь.
Я долго вздыхала и ворочалась с боку на бок, прежде чем провалиться в вязкие беспокойные сновидения.
На деревенский праздник идти не хотелось. Но, во-первых, Алистера одного отпускать не хотелось еще больше, во-вторых, у меня за полдня сидения за кристаллом так затекла спина, что я решила на сегодня закончить.
Я заставила себя испечь пирог к общему столу, хотя Аррон предлагал просто купить готовый. Все-таки, традиции есть традиции, их надо уважать.
Когда начало смеркаться, я распустила волосы и надела платье – опять же, дань традициям.
Синий льняной сарафан, хоть и был из тех, что «попроще», безумно мне шел. У меня даже настроение появилось на праздник идти.
Аррон облачился в рубаху в цвет моего одеяния – в знак того, что мы пришли вместе.
Посчитав на этом сборы оконченными, мы отправились на гуляния.
Все обитатели уже собрались на поляне вокруг большого стола, ломящегося от снеди. Я скромно пристроила наш пирог с краю и встала в общий круг.
Сначала были хороводы и песни, а когда совсем стемнело, у реки разожгли костер. И снова были хороводы, песни и пляски, теперь уже вокруг костра. Я веселилась, пела и танцевала вместе с другими, поддавшись волне общей эйфории.
Алистер постоянно был где-то рядом, но участвовал в гуляниях не так активно.
Он вообще довольно быстро оставил попытки выяснить, что же случилось, и принял новую линию поведения: я не мешаю ему, а он – мне. Мы больше не болтали о пустяках за едой, не подшучивали друг над другом и даже не переругивались. За прошедшие пару дней между нами выросла незримая ледяная стена.
Я пряталась от Аррона за делами и внушала себе, что все идет, как надо, хотя на самом деле мне очень не хватало нашего общения.
Я убеждала себя в том, что все пройдет, надо просто подождать. Или отвлечься, чем я сейчас очень старательно занималась.