-Огроменный, - восхитилась я.
-Может, ты хочешь осмотреть дом, крошка Эби? – предложил дед.
-Мы лучше сразу на чердак, - покачала головой я.
Брук поскакал к лестнице, показывая Аррону дорогу. Я шла следом, оглядывая родные стены и знакомую, слегка обветшалую мебель.
На чердаке пахло пылью и нагретым солнцем деревом. Я любила этот запах. Я временами пряталась тут, чтобы побыть наедине со своими мыслями. Родители знали, что если я на чердаке, то меня не стоит беспокоить. Это был мой маленький мирок. Сейчас здесь все было завалено коробками, свитками, папиными старыми тетрадями.
Я встряхнулась, прогоняя легкую, светлую грусть, и приступила к делу, решив разбирать коробки в противоположном от Аррона конце чердака.
Так, здесь мои школьные принадлежности, тут мамины кулинарные записи. А вот ее ежедневник. Я провела рукой по шершавой обложке и отложила его в сторону. Это к делу не относится. Хотелось поддаться ностальгии и прочесть все, что в нем было, но я мужественно себя переборола.
В коробках находилось много статей по артефакторике. Еще тут были блокноты с формулами, упрощающими вложенные в артефакты заклинания. И формулами, позволяющими увеличить время действия артефакта. Расчеты времени износа различных материалов, используемых для изготовления артефактов и амулетов.
Я читала названия, кое-какие тетради быстро пролистывала и откладывала в сторону. Это все не то. К учебе я всегда относилась серьезно, к тому же, папиными делами искренне интересовалась, а потому прекрасно знала, что все эти материалы уже давно запатентованы и внедрены в производство. Должно быть что-то другое. Если оно вообще есть.
12.07
Бруку давно наскучило торчать с нами, и он ускакал вниз. Я убрала волосы со лба и вскрыла очередную коробку.
В ней обнаружились материалы к папиной кандидатской диссертации. «Изучение свойств артефактов, использующих магию крови. Сравнительный анализ и особенности». Кажется, так она называлась.
Самой диссертации здесь, естественно, не было, только черновики и наброски. Я, хоть и была совсем маленькой, помнила, что папина защита вызвала много противоречий и дискуссий в научном обществе. В итоге папа все же оставил изучение этой темы. По крайней мере, в открытую своих наработок в данной области никому не предоставлял.
Однако, если вспомнить рассказ Аррона об использовании моим отцом артефакта, настроенного на родственную кровь, можно предположить, что отец своих мыслей не оставил, просто занимался ими, скажем так, в свободное от работы время.
Я вспомнила кристалл, который мне приволок Аррон. В его памяти никаких данных о магии крови не было. Но, как я сейчас поняла, пролистывая очередную тетрадь, только на первый взгляд. Некоторые формулы казались мне недоработанными, и я наивно полагала, что папа просто не придумал, к чему их можно приложить. Или не закончил.
Выходит, он просто оставлял все на предпоследней стадии. А последняя, как раз, подразумевала применение магии крови. Правда, насколько я знала, хотя сейчас эта магия и изучалась достаточно кропотливо, никаких серьезных проектов с ее применением разработано не было. Или я просто о них не знала. Возможно, это была закрытая информация. А после перевода на боевой факультет принципиально не разговаривала с папой о его работе.
Очень зря, как оказалось. Похоже, магия крови – это именно то, что мы искали.
Я резко повернулась, чтобы сообщить Аррону о своем открытии, задела маленькую жестяную коробочку, и та упала на пол, звякнув чем-то у себя внутри.
Крышка от удара об пол отлетела в сторону, и я увидела маленькие кристаллы, предназначенные для хранения информации. Они, правда, были совсем небольшими и, судя по их виду, такие перестали использовать лет пятнадцать назад, но, возможно, там может быть что-то интересное.
Я взяла первый и легко его активировала. Изображение было слегка размытым и не таким ярким, как я привыкла, но узнать в запечатленной паре моих родителей не составило труда.