— Спасибо, Роман, — раздаётся безжизненный голос отца за спиной. — Побудь с Розой. Сейчас адвокат приедет. Доча, не общайся с полицией, пока Борис не поговорит с тобой. Скажись больной.
— Хорошо.
— Роман, будет лучше, если ты отнесёшь Розу в её комнату.
— Мне что говорить? — хмуро спрашивает Роман.
— Борис скажет. Давай! Взял девочку на руки и пошёл.
Роман подхватывает меня, и я прячу лицо у него на груди. Слышу, как полицейский тормозит его.
— Что с девушкой?
— Сознание потеряла. Дайте пройти, — цедит Роман.
— Это моя дочь. Пропустите их. Девочке досталось сегодня, — отец включился в игру. Всё в жизни должно идти по его сценарию. И сейчас он переписывает его на свой лад.
***
Роман
На втором этаже Роза ёрзает у меня на руках:
— Поставь. Давай к маме зайдём.
— Вдвоём? — ставлю Розу на паркетный пол.
— Вдвоём. — Она берёт меня за руку и ведёт за собой.
Помявшись у двери, стучится. В ответ тишина. Роза поднимает на меня испуганный взгляд, и я, полный дурных предчувствий, достаю бумажный платок и через него нажимаю на ручку. Мы входим в комнату Розиной матери.
Уютный будуар, достойный английской королевы, пуст. Роза бросается к двери с матовым стеклом, но по отсутствию света и так понятно, что там никого нет.
— Может, мама где-то на этаже, — растерянно оглядывается Роза. — Или…
Порыв ветра распахивает балконную дверь. Роза скрывается за шторой и вскоре возвращается с опущенными плечами и потухшим взглядом.
— Я больше её никогда не увижу…
— Ей есть куда бежать?
— Понятия не имею.
— Твоя мама взрослая девочка. Надеюсь, понимает что делает. В любом случае, восхищаюсь её смелостью. Пойдём к тебе, Роза. Сюда скоро поднимется полиция. Не надо, чтобы нас видели в комнате твоей матери.
— Но ты же говорил, что у меня…
Прикладываю палец к губам, и Роза смолкает. Не удивлюсь, если хозяин семейства прослушивал и супругу. Тем более что у них явные нелады. Мы уходим к Розе.
— Здесь можно говорить. Прослушиваю тебя я и на всякий случай сменил пароль на компьютере. Чтобы в моё отсутствие туда никто оперативно не влез. — Поворачиваю вертушку замка в ручке двери. — Иди ко мне.
Роза подходит, и я обнимаю её.
— Мне кажется, тебе нужно последовать примеру мамы.
— Хорошая идея. Давно чешутся руки кого-нибудь пристрелить.
— Это как раз плохая идея. Я про то, что ты уже достаточно взрослая девочка, чтобы жить отдельно от родителей.
— Отец не отпустит.
— На каком основании?
— Ну… А куда я пойду? Он оплачивает моё обучение. Я привыкла…
Выпускаю Розу из объятий и подхожу к длинной тумбе со статуэтками и фотографиями.
— Вот именно, Роза. Ты привыкла. Привыкла, что тебя содержат. Привыкла тратить деньги, не глядя на цены. Потому таких сладких курочек, как ты, отцы и сдают с рук на руки мужьям. Зачем же ты тогда ерепенишься? Шла бы замуж за Игоря, и матери не потребовалось бы ломать себе жизнь.
— Рома!
— Я не прав? — поворачиваюсь к Розе. — Или тебе не нравится такая правда.
— Что ты предлагаешь?
— Взять жизнь в свои руки.
— Мне бы институт закончить, — вздыхает Роза. — Последний год остался. А тратить я люблю, да, — она кивает на пакеты возле трюмо. — Вон, ещё даже сегодняшние покупки не разобрала. Но я не хочу, чтобы моей жизнью распоряжались.
— Ещё немного, и ты дойдёшь до сути.
— Ты хочешь сказать, что женщина в паре должна зарабатывать?
Усмехаюсь и облокачиваюсь на спинку кровати:
— Нет, я за патриархат. Но речь сейчас не обо мне. О тебе. До того момента, как ты встретишь свою пару, нужно дожить.