Щелкает замок, и дверь приоткрывается. На секунду мне кажется, что здесь какой-то подвох, но я уже стою на пороге комнаты, большую часть которой занимает кровать. Таня оказывается ещё красивее, чем на фотографии. Правильные черты лица почти без макияжа, кожа словно из тончайшего фарфора. Обтягивающее красное платье без рукавов. Скольжу взглядом по безвольно повисшим вдоль тела рукам, любуюсь длинными ногами и сглатываю. Киваю на букет.
— Это цветы. Тебе. — Предвкушение и возбуждение запускают по телу приятную дрожь.
— Не стоило. Но мне приятно. Сделаешь всё сам? — Таня отступает к стене и кивает на тумбочку. — Защита здесь.
— Угу. — Закрываю дверь на замок, кладу букет на тумбочку и стягиваю с себя свитер. — Сейчас всё сделаю.
Смотрю на Таню. Она словно окаменела. Шагаю к ней и хриплю:
— Руки подними.
Таня покорно выполняет просьбу, и я, подцепив пальцами красный подол, стягиваю с неё платье. Мягкие русые волосы падают на грудь. Убираю их за спину. Мне кажется, что я слышу, как бешено колотится сердце Тани. Облизываю губы, пялясь на её аппетитную грудь, вздымающуюся в кружеве белья. Избавляю красавицу от лифчика, и она закрывает ладонями идеальные полушария.
— Так не пойдёт, Таня, — убираю её руки от груди. Касаюсь пальцами её вмиг затвердевших вершинок. Нежная кожа Тани тут же покрывается мурашками.
— Давай сразу… — Танин голос срывается. — Без прелюдий.
— Ну уж нет, — рывком вжимаю в себя упругие девичьи бёдра и безжалостно впиваюсь в плотно сомкнутые губы. Таня силится что-то сказать, но я проникаю языком в разгорячённый рот. Девчонка рвано дышит, упирается влажными ладонями мне в грудь, но постепенно сдаётся. Гладит мои плечи, будто поощряя не останавливаться. Подхватываю Таню на бёдра и впечатываю её в стену.
— Мы разве не на кровати будем? — пищит она.
Не девочка, а сказка. Её грудки трутся о мою кожу, и я с рычанием зацеловываю их. Вновь набрасываюсь на губы.
Таня ёрзает на мне, и я шепчу ей в рот:
— Малышка, не спеши. Ты такая классная!
Отношу девчонку на кровать. Укладываю на край, и Таня зарывается пальцами в мои волосы. Глажу её гладкие, как шёлк бёдра, ноги.
— Ты такая… Чувственная. — Для меня уже давно секс — простая физиология. Канули в небытие романтические свидания и медовый месяц с бывшей женой. А с Таней меня срывает с тормозов. От одного прикосновения к этой малышке трясёт как припадочного. Готов целовать её от макушки до кончиков пальцев, пока ум не помрачится. Но пора подумать и об удовольствиях посерьёзнее.
Приподнимаюсь на локтях и кислорода в лёгких не остаётся, стоит взглянуть на Таню. Она тоже смотрит на меня. Глаза блестят, щёки зарозовели, губы припухли от моих варварских поцелуев.
— Хочу тебя! — дёргаю ремень и в мгновение ока избавляюсь от штанов и трусов.
Таня краснеет, коснувшись взглядом моего хозяйства. В глазах рождается испуг, зрачки расширяются. Но меня уже не остановить. Девственница бы не дала такое смелое объявление. Девчонка скорее всего адреналинщица.
Дотягиваюсь до пакетика с защитой и раскатываю латекс.
— Ты же моя девочка, — целую Таню. Нависаю над ней и шепчу: — Ты очень красивая. Нереальная! — Толкаюсь между её бёдер. То ли я такой большой, то ли девчонка совсем узкая. Таня часто дышит, бисерины пота выступили на фарфоровом лбу. Даю ей привыкнуть, ощущая, как сокращаются её мышцы.
Надавливаю ещё, Таня впивается ногтями мне в плечи, и я резким движением соединяю наши тела воедино. Таня вскрикивает и замирает, будто из неё весь воздух вышел. Нехорошее подозрение прошивает меня молнией.
— Ты первый раз, что ли?
— Да, — всхлипывает Таня. — Но ты продолжай.
Покрываю поцелуями её лицо и плечи. Она отворачивается. Виновато спрашиваю:
— Больно сделал?
— Я знала, на что иду, — она напряжена и дрожит всем телом.
Пробравшись рукой туда, где соединились наши тела, поглаживаю малышку. Смотрю на красивое лицо Тани и улыбаюсь, когда оно снова расслабляется. Её губы чуть приоткрываются и испускают тихий стон. Таня уже не так сильно зажимается. Пробую подвигаться, но вижу, что девчонке больно. Мышцы сводит от желания, но я прихожу к финалу, двигаясь как по минному полю.