— Удачи, — подмигивает Фил и входит в одну из комнат. — Всем здрасьте, вот тут один господин в картишки хочет перекинуться.
За столом, накрытым зелёным бархатом, сидят четверо, но лишь один вскакивает как ужаленный при виде меня.
— Ворон?
[1] СИЗО — следственный изолятор в Санкт-Петербурге.
______________________
Дорогие читатели! Сегодня на все мои горячие истории действуют скидки до 50%.
Выбрать книгу по душе можно здесь https://litnet.com/shrt/PP32
Глава 39
Фома
Бык за двадцать лет усох и полысел, но приобрёл некий лоск. Теперь на нём не спортивный костюм, а дорогой пиджак. Кисти рук больше не синеют татуировками, на пальце массивный золотой перстень.
— Вечер в хату, господа! — обвожу взглядом присутствующих. — А годы были к тебе благосклонны, господин Овсяньев.
— Спасибо. Ты тоже смотрю в хорошей форме. Откуда пожаловал к нам? С того света, что ли?
— Типа того.
Бык ждёт от меня более раскрытого ответа, и я широко улыбаюсь ему.
— В Греции я жил. Гостиницу там открыл. В общем отошёл от дел. А ты никак катать начал?
— Нет. У меня теперь свой бизнес. Вот только наш с тобой общий знакомец кинуть меня решил. Сидим вот ждём его здесь уже несколько дней.
— А заодно с лохов баблишко рубите?
— Исключительно ради развлечения, — усмехается Бык. — Проходи, присаживайся. Тоже ведь не ради развлечения сюда небось пожаловал. Ищешь кого или чего?
Сажусь за стол и прям чуйка у меня, что задолжал Глеб Быку денежки брата, которые сам у Никиты и выкуривал обманным путём.
— Да вот заехал ненадолго в родной город. Захотелось окунуться в привычную атмосферу.
— Ностальгия замучила, — подсказывает Бык.
— Типа того. А что Глеб? Много тебе денег торчит?
— Прилично.
— Слушай, Бык, а ты не знаешь как Таня?
К такому вопросу Бык явно был не готов. Лицо его за считанные секунды сменяет несколько оттенков.
— Какая Таня? — сцепляет он пальцы, откинувшись на спинку стула.
Смотрю на него с усмешкой, и он понимает, что выглядит глупо.
— Ах, Таня! Конечно. Она вышла замуж за Никиту, у них дочь. Но дела у Смирновых плохо сейчас. Братья в бега подались. Таня, — Бык сглатывает. — пропала.
— Что ты говоришь? — качаю головой.
— Да, такие дела. Мы вот дочку их ищем.
— Зачем?
— Сбежала она. Пропадёт девчонка. Красивая она. На Таню, кстати, похожа. Мой сын на ней жениться собирался.
— У тебя сын есть?
— Убила его Таня, — цедит Бык сквозь зубы. — Зараза.
— Понятно. Мои соболезнования.
— Спасибо. Так ты проездом здесь или как?
— Проездом. Меня здесь ничего больше не держит. Вот думаю прокатиться по местам боевой славы и обратно к себе.
— Ты аккуратно катайся. Сейчас не двухтысячные. Везде камеры стоят, да и народ теперь в полицию не стесняется бежать… Страна непуганых идиотов.
— С полицией встречаться не хотелось бы.
— А чего тебе бояться? Глебка уже срок отмотал за убийство Коробея. Это ведь ты тогда его мочканул?
— За давностью лет и не припомню такого.
— Да, чего уж теперь вспоминать, — Бык скалится, словно за руку меня на шулерстве за игрой поймал. — Я-то не в претензии. Занял его место, как в Питер вернулся.
— Ну вот видишь, как всё хорошо сложилось. Ладно, поеду я. Где остановиться порекомендуешь? Хочу дня три по Питеру погулять. «Астория» стоит ещё на месте?
— Стоит. Куда ж ей деться.
— Там и остановлюсь, пожалуй, — встаю из-за стола.
— Ну, бывай, — поднимается Бык и вальяжной походкой подходит ко мне. Протягивает руку. — Смотри, не шали тут особо.
Отвечаю рукопожатием.
— Да какие в наши годы шалости.
— Может девочку тебе подогнать?
— Нет, спасибо. Сам кого-нибудь присмотрю.
— Лёнь, проводи! — кричит Бык.
В комнату тут же входит виденный ранее бугай и пропускает меня вперёд. Слишком легко Бык меня отпустил. Прям встреча одноклассников. Захожу в ближайшую кофейню, взяв чай и пирог с мясом, пишу Роману: «Похоже, я нашёл Таню. За мной будет хвост. Пасите высокого, лысого чувака моих лет в сером костюме. Она у него». Роман тут же отбивает ответ: «Понял».